Крепче прижалась к раскалённому телу вожака, ткнулась носом ему в шею и легонько укусила дрожащую бешеным пульсом жилку — давай. В промежность упёрся горячий член. Прикусив губу до крови, зажмурилась. Вот сейчас… Сейчас! Ощутимо сжав мои ягодицы пальцами, Михей на весу рывком насадил меня на себя. Боль адская — я заорала в голос, а из глаз покатились слёзы. Терять девственность — это больно! Мука прошила тело насквозь и вышла через душу, в одно мгновение лишив сил сопротивляться.

— Тише, девочка, а то дочь разбудишь, — латинос прижал ладонь к моему рту.

Кивнула, угукнула, но он не убрал руку. Задвигался во мне резко, словно уничтожая изнутри, убивая. Распирающее ощущение крепкой мужской плоти во мне с каждым толчком приносило боль и сладость. В этой мешанине я уже не разбирала, хорошо мне или плохо.

Не жалела, это мой выбор. Мой бешеный зверь.

Сдавленный хрип вожака, его ладонь съехала с моих губ — сжал пальцы на моём горле. Крепкая хватка перекрыла кислород, по телу бахнула волна жара, и сотня пружин разжалась диким ярким оргазмом внизу живота. Кайф пополз по бёдрам дрожью, мурашками, нежностью. Всхлипывая, давилась слезами и пила рык Михея в поцелуе. Не умела целоваться и не научилась ещё, но так хотелось. Огромное тело оборотня вздрогнуло, я проглотила его финальный стон, а голова закружилась сильнее.

Михей больше не держал меня за горло, но я всё ещё задыхалась. Оборотень обеспокоенно сверлил меня мутным после оргазма взглядом. Узкие жёсткие губы разомкнулись — что-то говорил. Не слышно. Цветные блики спрятали от меня лицо вожака, а потом наступила темнота…

Глава 16

Роксана обмякла в моих руках. В груди дёрнулась холодная паника, душу свело. Дыхание не успело выровняться после бешеного ритма, с которым вколачивался в девчонку, но волнение заставляло забирать ещё больше воздуха. Один хрен не хватало, я задыхался.

— Рокси! — похлопал её по щеке.

Голова дикарки безвольно дёрнулась. Чёрт возьми! Не понимая, что произошло, я добрался до кровати и опустил хрупкое тело на мягкий матрас. Нормально же всё было. Или нет?.. У меня перед глазами опустилось красное марево ужаса — у девочки между ног были разводы крови, у меня на члене тоже. В башке загудело. Я её едва не до смерти затрахал! Наверняка порвал ей там всё. Запах течки свёл меня с ума — не понимая, что творю, не сдерживался. Тонкая веточка — молодая дикарка, ни хрена не крепкая волчица. С ней так нельзя было.

Кое-как натянув на себя штаны, выскочил из комнаты и столкнулся нос к носу с Трикси. Сонная нянька в пижаме с кружкой воды в руке растерянно моргала, глядя на обезумевшего меня.

— Акуру сюда! Быстро! — заорал, тряхнув её за плечи.

Кружка полетела на пол, а Трикси вперёд по коридору. Клянусь, мне показалось, что она не касалась пола ступнями.

Вернулся в спальню — дикарка по-прежнему была без сознания. Попытки привести её в чувство успехом не увенчались — это пугало. Я никогда ничего не боялся. Опасался — было, но страх — это не про Михея. Растёр лицо ладонями, пытаясь собрать мысли в кучу. Безумие, мать его!

Да что я за ублюдок такой?! Девчонка мне доверилась, а я с ней так…

— Рокси, ты меня слышишь? — лепетал, целуя появившиеся на её плечах синяки.

Не реагировала. Едва заметное дыхание, мокрые от слёз ресницы и яркие отметины по всему телу от моих «ласк» — выть хотелось. Она просила остановиться? Чёрт, чёрт, чёрт! Я не помнил ни хрена, кроме податливого девичьего тела и горячего желания выбивать из неё стоны членом.

— Что случилось? — на пороге спальни появилась шаманка.

Помятое сном лицо волчицы не лучилось добродетелью.

— Сорвался, — прохрипел, прижимая к себе дикарку.

Акура окинула взглядом комнату — зацепилась глазами за порванную цепочку с амулетом на полу, посмотрела на обрывки платья Роксаны и, с упрёком покачала головой.

— Выйди, вожак.

С огромным трудом заставил себя расцепить руки, выпустить Рокси из объятий. Старая кость командовать вздумала… Хрен с ней, сейчас не про мои амбиции речь. Пусть посмотрит девчонку...

…Как в задницу раненый метался по узкому коридору перед дверью спальни. Почему так долго? Шаманка уже полчаса там, но ничего не понятно. Хотел зайти — сказала, чтобы не совался.

Всего за сутки перевернулось всё, к чему я привык за годы жизни в Левенросе. А может, к тому и шло? Я давно перестал замечать, что происходит вокруг — жизнь по накатанной. Цели, желания, проблемы — одни и те же. Упустил отношения с младшим, почти не заботился о дочери, поручив это Трикси. Иллюзия контроля оказалась лишь иллюзией, а вчера… Вчера в вагоне паровоза мне встретилась девчонка, которая спасла мою дочь, и, видят Боги, я поблагодарил бы правильно, но она оказалась дикаркой. Ненависть к людям давно и крепко держала меня за яйца. И я до сих пор их ненавидел — всех. Но не её. Диссонанс между тем, что я чувствовал к людям и почувствовал к Роксане, выбил из колеи. Не в запахе ведь дело. Хотя и в нём тоже. Крышу мне сорвало конкретно. Ещё и мысли эти о кобелях, которые наверняка вереницей за такой красавицей таскались. Меня снова тряхнуло…

Почему, мать её, так долго?!

— Акура? — прорычал в приоткрытую дверь спальни.

— Здесь я, — шаманка вышла в коридор.

— Ну?! Что там? — нервно сглотнул.