Она поняла, кто пожаловал, ещё с самой верхней ступени. Удивлению не было предела — Моррис. Его походка была немного неуверенной, и Бонифас незаметно его поддерживал.

— Муазиль Вивьен, боюсь, у нас ещё один гость, — пояснил дворецкий. — Монсиру немного нехорошо.

— Мне хорошо, — тут же возразил Моррис и покачнулся.

Бонифас мастерски пододвинул стул так, что когда Морриса качнуло снова, он приземлился ровнёхонько на сиденье.

Яна стремглав спустилась вниз.

— Монсир Моррис, что с вами? — озабоченно спросила она, подскочив к нему.

— Я в полном порядке, — заверил викинг. — Шёл мимо — дай, думаю, зайду.

И то, с каким энтузиазмом он уверял, что всё хорошо, заставило заподозрить, что всё совсем-совсем плохо. И почему мужчины, и викинги в особенности, не любят показывать своей слабости? Почему боятся признаться, что нуждаются в помощи?

Он выглядел так, будто болен. Странно, ведь ещё днём Яна видела его бодрым и наглым. Наглость осталась, бодрость исчезла. Это симптомы какой болезни?

— Воды? — спросил Бонифас.

Моррис ответил благодарным взглядом.

Дворецкий исчез выполнять просьбу, а Яна подошла поближе к викингу и, отставив канделябр в сторону, положила ему на лоб ладонь. Лоб был сухим и горячим.

— У вас жар, — покачала она головой. — Монсир Моррис, потрудитесь рассказать, что с вами, — сказала строго.

Откуда-то взялась непонятная ответственность за этого огромного мужчину. И даже желание его полечить. Лечить Яна умела. Горячий чай, мёд, малина, а не помогло бы — в ход пошли бы горчичники. Она даже нарисовала себе эту кровожадную картину — раздетый по пояс Моррис и Яна, лепящая ему на спину земное варварское лекарственное средство. В воображении спина Морриса была рельефной и упругой, кожа смуглой и горячей. Интересно, такой ли викинг на самом деле?

— Так что с вами? — повторила Яна вопрос.

И пусть только попробует снова заявить, что всё нормально. Наверное, у неё получился очень требовательный и строгий взгляд, потому что Моррис наконец-то перестал увиливать.

— Думаю, это чёрная западная лихорадка, — ответил он, принимая стакан воды у Бонифаса, который как раз подоспел.

Видимо, редкая болезнь. Яна проштудировала много книг, но в них эта болезнь ни разу не упоминалась. Сказать по правде, звучало не очень. Но в выражении лица Морриса появилось некоторое лукавство, будто ему нравилось, что у него именно чёрная западная лихорадка.

— Не бойтесь, она не заразна. Она не передаётся от человека к человеку, — заверил он.

— А как? От летучих мышей?

Летучие мыши первыми пришли в голову, учитывая земной опыт последней пандемии. Удивительно, но Яна угадала.

— Да. Сегодня чистил и смазывал храмовые часы. А там поселились полчища летучих мышей. Видимо, от них и заразился.

— Могу ли быть вам чем-то полезен, — принимая пустой стакан, спросил Бонифас.

— Да. Был бы благодарен, если бы вы сходили в аптеку и купили айманскую травяную настойку, — Моррис достал из кармана портмоне и извлёк оттуда несколько купюр. — Буквально пара глотков — и я окончательно взбодрюсь и, с вашего позволения, откланяюсь. Не хотелось бы злоупотреблять вашим гостеприимством.

Говорил он довольно бодро, но было видно, что движения даются ему с трудом.

— Я скоро, — пообещал дворецкий и скрылся за дверью.

Вот так? Спокойно оставил Яну один на один с Моррисом? И даже на стул с "несколько не удобным" сиденьем его не посадил? Это потому, что Моррис сейчас не в форме или дар Бонифаса подсказывает ему, что викинг для Яны не опасный?

Не была бы Яна так уверена. По закону жанра именно в отсутствие Бонифаса что-то должно случиться…

Глава 19. Нейтральная ничего не значащая беседа

Глава 19. Нейтральная ничего не значащая беседа

Обычно между первым и вторым предвестником проходит около часа — не лучшее время для Морриса. Он полагал, что в этот раз будет особенно сложно пережить эти минуты, потому что он не дома, но странно — вышло наоборот.

Вивьен держала его внимание. Боль притуплялась. Она не давала ему впасть в забытье. Как он мог при ней забыться? Она последняя, кого бы он хотел напугать.

Девчонка и так была немного встревожена. Смотрела строго и заботливо. И это разительно отличалось от того, как она вела себя с Блезом. Тому достались от неё только настороженность и каверзность. Моррис сам не знал, зачем сравнивает. Но ему нравилось, как его маленькая пока-не-жёнушка настойчиво допытывается, что с ним. Он даже нашёл какое-то удовольствие в том, что она положила ему ладонь на лоб. Её рука была прохладной и ласковой. Когда в последний раз кто-то так касался его?

Моррис не удержался, чтобы не подразнить её. Придумал на ходу загадочную болезнь — чёрную западную лихорадку. Вивьен сама подсказала ему детали: летучие мыши — вот кого они сделали ответственным за распространение заразы.