— Выпрыскивать яд кьёрд способен всего раз в жизни — в момент смертельной опасности и наивысшего страха. Укус взрослой снежной кошки наверняка убьёт, да и яд малыша, если вовремя не принять противоядие, тоже может оказаться смертельно опасным.

Получается, я его сильно напугала. Да и как такой крохе было не напугаться? Его наверняка отняли у матери или кто у этих кьёрдов занимается потомством. Перенесли чёрт знает куда, а тут я, вся такая большая и непонятная, пытаюсь взять его на руки. Вот он с перепугу и цапнул меня. Защищался как мог, бедняжка.

— Это хорошо, что магам удалось приостановить действие яда до вашего возвращения в замок, а здесь уже эррол Хордис завершил лечение. Я за вас так сильно переживала! Ночью глаз не сомкнула, — причитала, нервно кусая губы, Мабли. — В старину говорили, что только сильные телом и духом способны выжить после укуса кьёрда. У нас даже пословица про них есть: ядовит, как кьёрд. Вы, Аня, очень сильная и очень везучая.

Сомнительное утверждение. Была бы сильной и везучей, меня бы уже давно здесь не было.

Некоторое время я молчала, прокручивая в уме слова служанки, а потом, подняв на неё глаза, поинтересовалась:

— И всё же, зачем магам кьёрды? В качестве оружия? Так если травят всего раз в жизни, какой от них толк?

— Взрослые снежные кошки и без яда очень опасны. Для врагов. А вот для своих хозяев они надёжнее любой охраны. Да ещё и преданы до последнего вздоха. Детёнышей кьёрдов и приручали с помощью их же яда. — Заметив мой недоумённый взгляд, Мабли без особого энтузиазма сказала: — Вроде бы после укуса у кьёрда и им укушенного возникает неразрывная эмоциональная, ментальная и душевная связь. Честно говоря, это всё, что мне известно о снежных кошках. Я не очень-то разбираюсь во всех этих связях и привязках. Лучше потом у эррола Хордиса спросите.

Девушка явно торопилась закончить вдруг ставший обременительным для неё разговор. Но я удержала Мабли за руку, велев остаться, и продолжила расспрашивать об этих необычных созданиях, с шерсти которых, сверкая и искрясь, сыпались снежинки.

Неудивительно, что здешним модницам нравилось щеголять в таких вот снежно-волшебных шубках. Вот только слишком высокую приходилось платить за них цену — жизни животных.

От Мабли я узнала, что в прошлом маги, сознательно идя на риск, заставляли маленьких кьёрдов себя кусать, при помощи чар вызывая в них сильнейший страх. После этого котёнок привязывался к своему хозяину до конца жизни. Вырастая, становился его надёжным охранником и защитой.

Оказывается, снежное создание способно учуять, когда хозяину грозит опасность. Жаль только, что после смерти своего господина животное тоже умирает. Из-за разрыва привязки, без которой, если уж привязался к кому-то душою, кьёрд не мог существовать.

— А если маг по какой-нибудь причине отказывался от своего воспитанника?

— То же самое, — потупившись, промямлила служанка. — Привязка разрывалась, и животное умирало. — Вздохнув, снова принялась частить: — Потому император Родриг и запретил охоту на кьёрдов. Снежные кошки вымирали. Охотники за бесценными шкурами безжалостно истребляли целые стаи, маги ставили на кьёрдах эксперименты, привязывая к себе их потомство и пытаясь отыскать действенное лекарство от яда. К счастью, нашли. Иначе бы вас могли и не спасти.

Должно быть, во времена Ллары противоядие ещё изобретено не было, вот она и была уверена, что я с большей долей вероятности отброшу коньки.

— Это что же получается, у меня появился домашний питомец? — Я огляделась, но нигде не обнаружила бело-снежного, то есть белого и снежного, зверёныша. — И где же он, мой кьёрдик?

Мабли посерела лицом.

— Только не говори, что вы его там оставили, — ужаснулась я, хватаясь за сердце, усиленно таранившее грудную клетку. — Замерзать и умирать от голода? Изверги!

А может, его Скальде просто-напросто схомячил? Клацнул разок своей драконьей пастью — и всё, нету кьёрдика.

— Не оставили. — Глаза девушки забегали из стороны в сторону с такой скоростью, будто решили сыграть в догонялки. Только не понятно, от кого убегали и где собрались прятаться. — Его тоже привезли в замок.

— Ну тогда где он? — спросила, закипая.

Никакого терпения на неё не хватит.

— Вы только не нервничайте сильно, ладно? — плаксиво протянула служанка, пятясь к выходу. — Поймите, так было нужно.

— Мабли, — глухо прорычала я, переползая к изножью кровати. От каждого малейшего движения перед глазами мутнело, и одна Мабли так и норовила превратиться в три несносных служанки.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, девушка взволнованно затарахтела:

— Когда вернётся Фьярра, кьёрд наверняка её не примет. Не признает своей хозяйкой! Вот я и сказала…

И снова пауза.

В иные моменты хочется придушить интриганку.

— Мабли!

— Сказала, что вы решили не оставлять его себе. Разорвать привязку. Утром проснулись, решили и… снова заснули.