— А вы… вы… — задохнулась не то от обиды, не то от возмущения и, багровея, выпалила: — Несносная ледышка! Вот вы кто!

— Не перестаю удивляться образности вашего мышления. — Толкнув плечом дверь, ведущую в святая святых — лабораторию эррола Хордиса, Скальде огляделся, гадая, куда бы пристроить свою невесомую ношу.

— Что-то случилось? — бросился к ним лекарь, с тревогой поглядывая на девушку, которая за время «прогулки» по замку немного пришла в себя. По крайней мере, больше не дрожала; правда, зрачок всё так же закрывал ясную радужку и было видно, что из-за действия чар алиана ведёт себя немного странно.

Впрочем, это было обычное её состояние.

— Магическое недомогание. — Обогнув заставленный разномастными склянками стол, Скальде направился к креслу, темневшему у затопленного камина.

— Кто-нибудь из невест постарался? — всполошился целитель.

— Нет, я, — мрачно бросил наследник и предупредил: — Но ты об этом никому не скажешь. — Усадив невесту в кресло, наклонился, чтобы отцепить брошку.

С лица алианы схлынули краски. Снова задрожав, она накрыла украшение ладонью и прошептала, глядя на тальдена молящим взглядом:

— Не забирайте. Пожалуйста.

— Заберу и сразу верну, — пообещал маг. Прочтя всё тот же немой протест в широко распахнутых глазах, с улыбкой сказал: — Честное-пречестное.

Узкая ладошка соскользнула с груди. Девушка откинулась на спинку кресла, вздохнула тихонько, устало следя за пальцами тальдена, боровшимися с застёжкой украшения. От кожи её по-прежнему исходил жар, черты лица, снова побелевшего, болезненно заострились. Из-за мерцания, вызванного прикосновениями жениха, Фьярра ещё больше походила на светящегося в полумраке призрака.

Такая же хрупкая, невесомая, почти прозрачная.

Скальде уже собирался отойти, чтобы позволить лекарю осмотреть девушку, когда та вдруг ни с того ни с сего удержала его за руку и недоумённо выговорила:

— Оу, не замечала раньше у вас татуировки. Она что-нибудь означает?

Мужчина резко отстранился, едва не налетев на топтавшегося у него за спиной целителя. Впился глазами в свои широкие кисти, успев заметить на одной из них тающий узор стального цвета.

Проступивший на коже в том самом месте, где теплом отпечаталось прикосновение невесты.

— Я ведь просил действовать осторожней! — бушевал тальден, вышагивая по просторной, роскошно обставленной комнате, которую ему великодушно выделил кузен.

Пестротканые гобелены с изображениями охотничьих сцен, мраморные камины, резная мебель тёмного дерева, искусно отделанная серебром — всего было вдоволь и даже с избытком. И тем не менее Игрэйту богатое убранство спальни казалось лишь блеклым отражением, жалким подобием императорских покоев, которые после свадьбы и коронации должны были занять Скальде и его избранница. И которые князь Темнодолья мечтал заполучить в своё безраздельное пользование. А с недавних пор к этой мечте прибавилась и другая, такая же дерзкая и не менее сладостная: чтобы в придачу к Ледяному Логу и всей Сумеречной империи ему досталась и эсселин Сольвер.

А Крейн всё взял и испортил!

— Просил? Просил. А ты что натворил?! — взревел Огненный.

— Вы сказали действовать быстро, — невозмутимо и вместе с тем жёстко парировал герцог. — Вот я и действовал. За девушкой наблюдали. Ей стало плохо. Было бы глупо не воспользоваться возможностью и не обставить всё так, будто у нас с ней интимная встреча.

— У твоей неудавшейся «интимной встречи», — перекривлял начальника стражи Хентебесир, — могут быть серьёзные последствия. Как видишь, сплетням Скальде не поверил. Мало того, что Фьярра по-прежнему его невеста, так он ещё и на руках её по всему замку таскал! А мне теперь придётся очень постараться, чтобы защитить тебя перед Герхильдом. И самому защититься.

— Меня не надо ни перед кем защищать, — безразлично ответствовал Блейтиан. — Если у Его Великолепия появятся ко мне вопросы, я на них отвечу.

— Как объяснишь поцелуй? — Тальден рухнул в кресло с высокой спинкой, на которой золотом с обеих сторон был вышит герб Герхильдов — метка-напоминание о том, кому в этом замке всё принадлежит. Начиная от тагровых кресел, дурацких табуретов, вроде того, что Его Светлость отодвинул от себя небрежным ударом ноги, и заканчивая алианами, одна из которых разожгла неукротимое пламя в сердце Игрэйта.

— Скажу, что никакого поцелуя не было. Моё слово против слов двух малолетних сплетниц.

— А если эсселин Сольвер заговорит?

— Эсселин Сольвер не заговорит. Девушка была не в себе и вряд ли будет в состоянии рассказать, что между нами на самом деле было. Да и не захочет она предавать огласке наше с ней общение.

— Хорошо, если так. — Игрэйт задумчиво потёр подбородок. — Вроде бы чем-то на ярмарке отравилась. Вот и стало плохо.

— Как только эсселин Сольвер поправится, я вернусь к заданию, — поклонившись, заверил тальдена герцог.

Его Светлость мрачно хмыкнул: