Как оказалось, мы чуть припозднились. Остальная команда невест уже выстроилась на плацу, извиняюсь, на затянутой синей тканью сцене и, великодушно улыбаясь, помахивали благодарной толпе изящными ручками в тёплых перчатках.

Истинные эсселин. В каждой чувствовалась порода.  

Не сдержавшись, тихонько присвистнула. А у Скальде губа не дура. Все девушки были дивно как хороши. И я вдруг поняла, что борьба за сердце наследника окажется не из лёгких. Скорее, как на ринге поединков без правил.

Зря Блодейна всё это затеяла. Чему я там могла научиться за две недели? Я не эсселин, не алиана. Можно сказать, иностранка, прочитавшая по диагонали брошюру для любопытных туристов.

— Секундочку, вуаль.

Невесомая дымка растаяла перед глазами — это Мабли откинула полупрозрачную ткань и ловко закрепила её над моими «рожками». После чего первая выскочила из кареты и помогла спуститься мне. Но на сцену не повела. Пришлось топать самой. Подниматься по ступенькам под громкие рукоплескания горожан и холодно-оценивающие взгляды соперниц.

А потом ещё добрых четверть часа, стараясь подражать остальным девушкам, улыбаться счастливой толпе и приветственно махать ручкой.

И вот, когда у меня уже скулы свело от слащавых улыбок, благодарные зрители, вдруг замолчав, почтительно расступаясь, стали кому-то кланяться. Памятуя о том, как должны приветствовать подданные своего властителя, я опустилась в низком реверансе. Потупилась скромно.

Правда, смирения моего хватило ненадолго, от силы на пару секунд. Любопытство взяло верх, и я, не сдержавшись, подняла глаза. Чтобы встретиться с пристальным и холодным взглядом главного виновника этого торжества.

Его Великолепие возглавлял шествие. Мужчины, что следовали за ним, были все как на подбор седовласы, в возрасте почтенном, если не сказать преклонном. Готовые в недалёком будущем отбыть в вечность. С лицами, хранившими совершенно одинаковые выражения — величественно-надменные.

«Старейшины», — догадалась я.

В отличие от эрролов, в длинных с меховыми опушками мантиях смахивавших на членов клуба ценителей шуб, наследник не выпячивал свою значимость и не демонстрировал высокомерие. По его непроницаемому лицу вообще было сложно что-либо прочесть.

Как-то в разговоре о тальденах сёстры упомянули, что магия рода накладывает отпечаток на характер её носителя. Из того, что услышала и прочитала сама, сделала вывод, что в Огненных магах бушуют страсти. В то время как Ледяным свойственна холодность. Они ко многому безразличны.

А Блодейна хочет, чтобы я во что бы то ни стало влюбила его в себя.

Сердце тоскливо заныло. Чем дольше смотрела на Скальде, тем отчётливее понимала, что проще из камня высечь огонь, чем растопить лёд в сердце отмороженного колдуна.

Ещё сёстры, хихикая и краснея, шушукались о том, что Его Великолепие настоящий красавчик. Что ж, они и здесь оказались правы. Хоть тальден однозначно и не мой типаж (для меня идеал красоты — это мой Лёша), приходилось признать, будущий император приковывал к себе взгляд.

Скальде был высок, широкоплеч и статен. Длиннополый плащ наследника развевал ветер, открывая его как будто высеченную из камня фигуру. Лёша у меня субтильный, со спортом особенно не дружил. В то время как господин Герхильд явно любил потягать железо — не важно, мечи или гантели.

Маг излучал такую мощь, такую властность, что я, как и тогда во время обряда, снова почувствовала себя букашкой. Крошечным насекомым. Его Великолепие окружала незримая, но весьма осязаемая аура силы, и эта сила давила на меня, угнетала. Заставляла опускаться всё ниже и ниже в реверансе.

Рядом с Лёшей мне было комфортно, спокойно. А присутствие Скальде лишало тех крупиц душевного равновесия, что ещё оставались во мне.

Вельможный жених по очереди подходил к невестам, тоже, кажется, с трудом боровшимся с волнением и желанием пасть пред ним ниц в глубоком обмороке.

Вот ведь сногсшибательный мужчина. В прямом смысле слова.

Будущий правитель приветствовал каждую избранницу вежливой, но совершенно ничего не выражающей улыбкой. Потом что-то говорил девушке, и на губах у той тоже расцветала улыбка, застенчивая и вполне искренняя.

Одарив вниманием одну претендентку, маг подходил к следующей.

И, пока Его Великолепие отпускал комплименты по порядку номеров всем алианам, я была вынуждена подсчитывать падавшие на носки моих сапог снежинки и не смела разогнуться. От долгого пребывания в неудобной позе затекли ноги, руки и всё остальное. Чувство раздражения начало стремительно брать верх над волнением. Быть может, Фьярра и привыкла по полчаса корячиться в реверансах. Я же такой выдержкой не обладала.

В какой-то момент поняла, что всё, сейчас неуклюже растянусь на сцене на потеху публике. Желая избежать конфуза, выпрямилась. Оставалось надеяться, что Его Великолепие не расценит это, как проявление неуважения с моей стороны.