- Представь, ты так долго ждал встречи с любимой женщиной, и вот вы остались наедине. Ты подходишь к ней, чувственно целуешь губы, нетерпеливо расшнуровываешь платье. Она пылает от твоих прикосновений, помогает сбросить тебе мешающийся камзол, сгорая от желания нежно шепчет – Ричард… Ричард… возьми меня. Твои поцелуи опускаются ниже, ты чувствуешь, как твоя любимая дрожит от предвкушения, и тут ты резко отстраняешься, сползаешь с кровати, поднимаешь ваши вещи и начинаешь бережно складывать камзол, штаны, рубаху, ее платье. Забавно, не правда ли?!

Еле сдерживая подступающий смех от представленной картины, я подняла взгляд на супруга и замерла. Впервые в жизни я видела, как у мужчины щеки покрывались красным румянцем. Не может быть! Оказывается, этот грозный Генерал умеет быть душкой, причем, весьма милым.

- Кхм… Кхм… - вновь закашлялся муж. Затем отошел в сторону и, повернувшись ко мне спиной, дрогнувшим голосом сказал: – Вы лежали рядом, обнаженные, ОБА!

- Но не касались друга друга! Давай на мгновение представим, что кто-то захотел опорочить имя чей-то жены. Ее опоили, воспользовались беспомощным состоянием, раздели, по привычке сложив платье рядом. А затем к ней в постель лег обнаженный мужчина. В результате, что увидит разъяренный муж, когда влетит в спальню? Два голых тела, рядышком! А если добавить, что у мужчины тяжелый характер, он горяч и ревнив, то вполне понятно, что он не станет разбираться, на месте лишив любовников жизни. Да, кстати, почему ты нас не убил прямо в постели?! – не в силах сдержать терзавший меня вопрос, спросила я.

Генерал развернулся, уверенным шагом подошел ко мне и, задрав мой подбородок своей горячей рукой, посмотрел прямо в глаза, словно пытаясь найти в них ответы на свои вопросы.

- Потому что Адриан – племянник моего друга, императора, я не могу без суда причинить ему вред. А ты хоть и жена, но тебя я не люблю. Если бы не честь рода, мне было бы плевать на ваши отношения. Но ты жена дракона и не имеешь права позорить мое имя!

Я прикусила губу и еще раз осмотрела комнату. Если бы он был моим мужем, меня наверное задели бы его слова. Но он не мой муж, а мне безумно хочется согреться, покушать, но прежде – сохранить свою жизнь. Видя, что Генерал сомневается, я продолжила:

- Посмотри на простыни! – приказным тоном скомандовала я.

- То, что ты не невинна, я уже знаю. И весь город тоже. – расхохотался брюнет с горечью в голосе.

- Я не о том. Взгляни, простыни почти не смяты, лишь легкая помятость от тяжести тел. Будто влюбленные всего лишь лежали, ничем таким не занимаясь, в чем ты их обвинил.

- Это ничего не доказывает! – развел руками упрямый ящер. – Простыни могли и не помяться.

- Да как ты себе это представляешь, если с твоих слов, мы с Рыжим всю ночь предавалась тут разврату! – рассердившись из-за недальновидности мужа, громко возмутилась я. – А ну давай эксперимент! Ложись на кровать и ерзай, представляя, что занимаешься страстными утехами.

Генерал стоял и вовсю таращил на меня глаза, полные тревоги и испуга.

- Мддааа. – закатила глаза, поражаясь реакции мужчины. – Расслабься, это надо, для дела! Просто ляг на постель и подвигайся. Ты же взрослая могучая ящерица, тебе смущение не к лицу. Да и никого здесь нет, только ты и я. Давай! – продолжила я свой монолог, поскольку ранее бесстрашный брюнет все также стоял на своем месте, не двигаясь, испепеляя меня ошарашенным и мрачным взглядом, не сулящим ничего доброго.

Чтобы добавить ему решимости, я подошла к кровати и похлопала рукой по простыням:

– Ну, ну, не бойся моя грозная красивая ящерка… запрыгивай… место! – скомандовала я, почему то вспомнив уроки дрессировки ищеек.

Отмерев, муж ловким движением запрыгнул на кровать, успев на ходу сбросить сапоги. Послушно лег на спину и начал медленно раскачиваться, не сводя с меня гипнотизирующих глаз.

- Сразу бы так. – довольно хмыкнула я.

- Во что ты меня втянула! – сокрушенно выдохнул Генерал. И только сейчас я заметила, что его зрачки были черными, вытянувшимися в вертикальную линию.

7. Эксперимент продолжается ...

- Генерааал! Генераааал! – тихо позвала я, медленно пятясь в сторону двери. На лице мужа проступили черные небольшие чешуйки, а это значит, что он опять превращается в крылатого монстра. И если в кабинете мне повезло, и рядом были люди, то сейчас в спальне кроме нас никого нет, и балкона тоже нет. Я с опаской огляделась по сторонам, просчитывая варианты отхода. Ой, пятой точкой чувствую, зря я съела тогда печенье – вдруг его ящер остался голодным и при виде меня слюной истечет?! Каюсь, обещаю, в следующий раз буду паинькой.

Походу мое раскаяние не осталось незамеченным, так как брюнет шумно заворочался на кровати, а потом резко сел, опираясь спиной на изголовье, и пристально посмотрел на меня. Глаза вернули серый оттенок, а след от чешуи пропал, даже царапин и ссадин не осталось. Чудеса!

- Я тебя напугал? – устало произнес он, будто ему приходилось внутренне с чем-то бороться, прилагать немалые усилия и сдерживать вырывавшегося наружу зверя.

Я отрицательно мотнула головой и настороженно оглядела брюнета. - Ты сытый?