– Забыли, что я вхожу в этот совет? – насмешливо хмыкнул аш Одо, отряхивая сюртук, как будто только что имел дело с грязью, а не с девушкой. – Моя власть…

– Ваша власть ЗДЕСЬ не имеет никаких прав! И в совете вы не по праву силы, а только потому, что ваш отец скончался до срока новых «Великих игр»! Убирайтесь!

Гефран стиснул челюсти до хруста, но вступать в полемику с мужчинами, которые находились на последней стадии гнева, почитал неразумным. Такие, как Гефран, бьют из-за спины.

Генерал аш Одо направился к выходу. Только на пороге ректората помедлил, бросив мне напоследок:

– Всю жизнь в академии не просидишь, Лалеана. У тебя ни денег, ни равного моему статусу защитника… только босяки-родители и доверчивый брат… До скорой встречи, – многообещающе попрощался аш Одо.

Терра порывался броситься за Гефраном, но я так сильно вжалась в туловище мужчины – не отлепишь.

– Тише-тише, девочка, – погладил меня по спине профессор, позволяя себе немного расслабиться.

– Какой позор, – шокировано выдохнул ректор Хаф, обессиленно опускаясь в кресло. Взмахом руки господин Нериас захлопнул дверь, вздрогнув от хлопка. – Какое ничтожество! И это генерал!? Да я бы ему облезлого к'яарда не доверил!

Не сдерживаясь больше, громко разревелась. Меня трясло так сильно, как будто я в эпицентр бури попала. Никакие уговоры успокоиться не помогали. Впервые в жизни я прочувствовала на себе всю «прелесть» нервного срыва. Понимание того, что даже магия бесполезна при тесном контакте с Гефраном, больно принять. Аш Одо давил физическим превосходством. Вступая с таким в бой, надо уметь ставить хотя бы щиты! И я говорю не о тех, которые не позволяли окружающим подслушать или увидеть, что находится внутри купола. Речь идёт о боевых щитах, которые изучают на третьем курсе! И сила… Декан Азур прав – мне надо уделить огромное внимание физической форме!

Пока рыдала на груди господина Терра, в кабинете началась беготня.

Вызвали целителя… так как главной у них была Золтана, рыжая стерва явилась лично.

Её приход помог мне прийти в себя. Реветь на глазах у той, кто поспособствовал этой ситуации?! Ага! Конечно!! Не в этой жизни!

Я была уверена, что именно Золтана донесла на меня Гефрану. Больше некому!

«Шляпница» развела в стакане успокаивающее из белого порошка, посматривая с совершенно неискренней тревогой, после чего протянула мне, но разве ж я буду пить из рук идейного врага?! Вот уж шиш!

С трудом подавив эмоциональный срыв, повернулась к Терра и постукивающими челюстями выдавила:

– Вы… рррразве… не на поле… ппполевой ппрактике ддддолжны бббыть…

– Вечером уходим, – мрачно ответил мужчина, не переставая гладить меня по волосам, как маленькую. – Давай… выпей. Тебе станет лучше.

Я мотнула головой и размазала слёзы по щекам, решительно отстраняясь от тёплых объятий магистра.

«Гефран прав. Мне нужна защита помощнее исключительного контракта на шесть лет!»

Пошатываясь, поправила платье, оставляя Золтану с её успокоительным недовольно поджимать губы..

– Пппроводите меня в… в… в…

– … в комнату?

– В туалет. Надо умыться.

Уборную искать долго не пришлось. Нужное помещение обнаружилось в приёмной ректора. Неприметная дверь туалета находилась слева от двери, ведущей в кабинет Нериаса Хафа.

Золтана сразу после меня покинула ректорат.

Я же, оставшись наедине, лихорадочно начала думать, раз за разом прокручивая угрозу Гефрана.

«У тебя ни денег, ни равного моему статусу защитника… только босяки-родители и доверчивый брат… До скорой встречи!»

Посмотрев на своё отражение в зеркале, провела мокрой рукой по лицу.

– Похоже, нам не оставили выбора, малышка, – обратилась к драконице, всем сердцем благодаря её за помощь в сопротивлении. Пусть её порывы были бесполезны, но она, наконец, поняла, чего стоит её истинный. Больше не страдает по Гефрану. Только от жалости к себе захлёбывается, но тут уж я ей не помощница. Переживёт. Время справится с её болью. Быть преданной тяжело. Я даже не собираюсь осуждать ящерку Лалеаны. Она реально встряла с этим Гефраном!

У меня же другой нагорал вопрос.

Оттолкнувшись от раковины, рваным рукавом вытерла лицо… да и дорвала его до конца. То же самое постигло и второй рукав серого платья. Мне не хотелось выглядеть жертвой насилия. Тем более сейчас, когда я собралась выдвинуть себя в кандидаты на должность эльда. На должность стража принцев Уграса!

Глава 19. Карцер

– Эй! Бытовичка!

– Куда спешишь, домовушка?

Я шла, не реагируя ни на кого. В груди клокотала решимость.

«Я должна защитить себя любой ценой! А эти глупые задиры… пусть им пухом во рту порастёт!»

Элитная четвёрка нашлась в углу парка. Здесь вообще находился весь шестой курс. Ребята готовились лететь на полевую практику. Не знаю, что она собой представляет, да и неинтересно это в свете последних событий, которые обрушились на меня.