- Первые головки сыра уже созревают, - лицо Филиппа посветлело, стоило барону заговорить о его деле. А я решила, что начну потихоньку и ненавязчиво совать нос в мужские дела. Насколько я помнила, именно здесь, в этой стране, попробовали добавлять в сыр тмин, и это стало визитной карточкой Голланды, но пройдет еще много времени, пока этот продукт появится в сыроварнях.

- Прошу прощения, - я отложила вилку и набравшись смелости, сказала: - Мне кажется, что было бы неплохо добавлять в сыр тмин.

Барон и граф удивленно уставились на меня и Филипп протянул:

- Тмин?

- Именно, - кивнула я. – Это будет необычно, ново и вкусно.

За столом воцарилось молчание и я уже начала жалеть, что сказала это, но граф вдруг откинулся на спинку кресла и задумчиво произнес:

- А в этом что-то есть…

Глава 32

Декабрь пришел с первыми робкими морозами. Ближе к его середине я с радостью заметила, что мои черенки принялись все без исключения. Сильные побеги говорили о том, что розы укоренились, и теперь оставалось ухаживать за ними, поддерживать температуру и проветривать, избегая сквозняков.

У нас с Хенни появились новые платья, а у Полин и верхняя одежда – подбитый мехом плащик и чудесный капор из темного бархата. Да и сам дом наполнился разными вещами – начиная от подушечек на твердых сидениях, заканчивая милыми прихватками на кухне, которые сначала удивляли Гуду, но теперь она с удовольствием пользовалась ними, вытаскивая из печи жаровню или хватая кипящий чайник.

Наше меню тоже стало разнообразным. И Ливен, упрекая графа в обжорстве, сам уплетал за обе щеки мои кулинарные «новинки». А это были и различные супы, и гуляши, и вареники с разнообразными начинками. Голубцы, пирожки с яблоками, а также милое моему сердцу жаркое в горшочках.

Мне очень хотелось побывать на сыроварне, чтобы посмотреть на пока маленькое, но поднимающееся с колен производство мужа. Конечно, рано было еще говорить о чем-то серьезном, но я видела радость в его глазах, когда он приезжал из деревни домой, и всегда с интересом слушала рассказы о сырных делах.

Однажды после завтрака, Филипп зашел в оранжерею и шепнул на ухо:

- Милая моя графиня, я хотел бы исполнить ваше желание.

Я резко развернулась и сразу же расплылась в улыбке, догадываясь, что он хочет предложить мне.

- Вы возьмете меня в сыроварню?

- Да, вы так желали взглянуть на нее, что я решил взять вас с собой, - он тоже улыбался, глядя на меня. – Одевайтесь.

- Я мигом! – меня, словно ветром сдуло, и уже через пятнадцать минут я стояла в холле, одетая и готовая к путешествию.

В деревню мы поехали в экипаже, и всю дорогу я возбужденно поглядывала в окно, пока, наконец, на горизонте не появились первые домики.

Деревня выглядела невероятно! Посреди нее протекала река и небольшие домики, покрытые соломой, выстроились в ровный ряд, встречая всех въезжающих… Их фасады, выходили не на улицу, а на прямо противоположную сторону, что немного удивило меня.

- Но почему окна домов смотрят не на дорогу? – спросила я, и граф поинтересовался:

- Вы никогда не были в деревне, Клара?

- Нет, это в первый раз, - сказала я чистую правду, и Филипп объяснил мне:

- На дорогу открывается дверь черного хода, через которую выгоняют скот и выкатывают телеги. Почти у каждого жителя деревни есть корова, и так удобнее выводить ее на пастбище.

Небольшие заборчики, как и стены домишек, заросли диким виноградом. Это выглядело довольно красочно – красные, почти багровые листья, оттеняли желтые крыши и беленые стены, опутывая их своим густым покрывалом.

Рыбаки жили в торфяных хижинах, из которых тянулись в серое небо тонкие струйки дыма. Почти прозрачные сети, натянутые между деревьями, были похож на паутину.

Возле речки стояла большая мельница с потемневшими лопастями, и ее сказочный вид заставил меня вывернуть шею, чтобы лучше разглядеть все, что ее окружало. А это были огромные липы и россыпь кустов, покрытых голубоватым инеем.

Мы проехали трактир под названием «Хмельной гусь», лавку башмачника и остановились возле каменного здания сыроварни.

- Вот мы и приехали, - Филипп вышел первым и подал мне руку. – Сейчас вы попадете в святая святых, моя дорогая цветочница.

- Я сгораю от нетерпения, мой милый сыровар, - шепнула я, и граф на секунду прижал меня к себе, опаляя щеку горячим дыханием.

- Возможно, сегодня мне удастся заманить вас в мою комнату кусочком сыра?

- Не исключаю такую возможность, - я стрельнула в него веселым взглядом. – Ну, пойдемте уже!

Мы вошли внутрь, и я с любопытством принялась разглядывать все подряд. Открытая печь с большущим котлом, в который сливали молоко, деревянные емкости для сырной массы, пресс-столы и, конечно же, люди – несколько мужчин и три женщины.

Они сразу же подошли к нам и граф представил меня своим работникам, называя каждого по имени, что говорило о том, что он внимателен к своим людям.