Пусть уж в купе дуется и материт его мысленно. Игнорит. А по вагону нечего шастать в подвыпившим состоянии.

Напротив купе её не было. У ближайшего окна тоже. Адам повернул голову вправо и выматерился. Картина маслом.

Она стояла почти в самом конце вагона, а рядом с ней высоченный худой мужик за сорок. Щерился, о чем-то щебетал.

Мило-любо посмотреть.

А ещё руку в стену упирал, задерживая Дарину. Та вроде бы и не ярилась пройти, но и что-то было в её фигуре такое…

Адам сжал челюсть. Отдохнул в дороге называется.

Он, значит, Дарину споил, а кто-то шибко умный её состоянием воспользуется?! Да сейчас! Как же…

Недобро мотнув головой, Адам выдвинулся дальше по проходу.

- Мы можем пойти ко мне или…

- Не может девушка.

Адам не узнал собственного голоса. Резковат. Хотя…

Мужик вскинул на него голову.

Тоже пьяный…

- Чего?

- Дарина.

Адам решил, что вмешается один раз. Пойдет, значит, пойдет. Если хочет приключений на пятую точку, кто он такой, чтобы мешать? А приключения будут у неё конкретные.

Потому что в купе напротив сидел ещё один мужчина. И он за ними наблюдал.

- Твоя что ли?

- Моя.

Дарина как-то слабо улыбнулась.

- Поругались?

- Ну да.

Что-то ему это напоминало.

Адам протянул руку.

Давай же, Дарина, не дури.

Выдавив из себя сдержанную улыбку, она протянула узкую ладонь. А рука-то дрожит у дурочки. Испугалась что ли?

Он заглянул ей в лицо. Реально испугалась.

И этот факт неприятно резанул по нутру Адама.

Он сжал её руку и потянул на себя. Дарина с готовностью шагнула вперед. Вот и правильно, вот и умница.

- Эй, парень…

Это, кажется, к нему. Адам напрягся и мысленно прикинул, что ему ожидать. Мужики выпившие, но на идиотов не походили.

Или он рановато сделал выводы?

Второй, что тихо бухал, поднялся.

- Девочка останется с нами.

- С хера ли? – ощерился Адам.

Даринка…одна с двумя…

Перед глазами красные пятна пошли.

Драка в поезде не то, что планировал Адам. Он в целом не любил конфликты. Благодаря тому, что ростом и фактурой вышел нехилым, к нему мало лезли. Он тоже не задирал. Но и от драк никогда не уходил. Было и такое…

Набрав в легкие побольше воздуха, Адам повернулся к говорившему.

И в тот же момент увидел искаженное злобой лицо и летящий в его сторону тяжелый размашистый кулак.

- Твою ж…

Сработал инстинкт, выточенный годами в спортзале. Спасибо отцу и дядьке, которые привели его мальцом в клуб. Адам оотолкнул Дарину. Та вскрикнула и зажала рот ладонью. Сам он резко рванул головой в сторону, и пьяный кулак со свистом пролетел в сантиметре от его виска. Но инерция подвела: потеряв равновесие в тесном пространстве, Адам всем весом рухнул лицом в потрепанную, липкую от пыли обшивку купе.

Инерция падения тут же перетекла в яростный импульс. Оттолкнувшись от мерзкой на ощупь обшивки, Адам развернулся всем телом.

- Да ты ж…

Он не договорил, подавил ругательство.

Надо драку прекращать, а не поощрять!

Но кулаки прямо зачесались, огнем вспыхнули.

- Адам…

Голос Дарины звучал испуганно.

А пугать девочек нехорошо…

Адам не бил. Попутавший берега мужик занес руку для нового удара, Адам перехватил её и вывернул. Мужик тотчас захлебнулся в тихой ругани и грохнулся на сиденье.

Адам навалился на него всем весом, одной рукой придавив вздымающуюся грудную клетку, а пальцы другой сложились в знакомый, отработанный до автоматизма жест. Он нашел то, что искал: под кадыком, в мышечном жгуте шеи, пульсирующую точку. Знание анатомии, обычно служившее исцелению, в эту секунду работало на мгновенное отключение.

Его пальцы вдавились с безжалостной, расчетливой силой.

Тело мужика под ним вдруг обмякло, как подкошенное.

- Парень… Парень, ты чего… Хорош, а? Парень…

Адам выпрямился и мазнул взглядом по долговязому.

- Угомони собутыльника. И не надо лишних движений по коридору. Мы друг друга поняли?

- Поняли.

Адам вышел в коридор, где жалась Дарина.

А глазенки-то какие были! Виноватые и растерянные.

Он, ничего не говоря, максимально аккуратно сжал её за локоток и повел за собой.

Дарина и не думала сопротивляться.

Он, положив ладонь ей чуть пониже поясницы, подтолкнул девушки в купе. Она молча послушалась.

Вы посмотрите-ка на неё! Само послушание.

Адам не просто продолжал кипеть. Внутри разгорался чертов пожар. И это хреново, товарищи.

Обычно ему удавалось быстро взять себя в руки. Он в целом был спокойным парнем. Мог бесконечно долго не реагировать на какую-то хернь. Но потом… Потом мог взорваться.

И вот сейчас он находился где-то на пограничном состоянии.

Поэтому…

Не стоило. Вот не стоило и всё тут.