И вот когда я ощутила уже пятый или шестой прилив удовольствия, то почувствовала, как он получил его вместе со мной, вливаясь в меня теплым семенем. Он громко выдохнул и выпустил цепь из рук, падая рядом на подушки. Я так и осталась стоять на четвереньках, привязанная к кровати, пытаясь прийти в себя, и как следует отдышаться от всего этого безумия.

– У тебя к нему чувства? – неожиданно мягко спросил он, когда перевел дыхание.

– Чувства? – удивилась я. – Какое вам дело до моих чувств? Вы же просто берете то, что хотите.

– Отвечай на вопрос, – последовал приказ, и я не решилась его ослушаться и ответила совершенно честно.

– Я не знаю. У меня к вам только одно чувство. Это ненависть.

Он смерил меня тяжелым взглядом, а после потянулся к моим рукам и освободил меня из мягких оков.

– Ты еще передумаешь, Ариэн.

– Сомневаюсь,– и, кажется, на этот раз я солгала. Солгала ему и самой себе. Что-то внутри меня тянулось к этому эльфу. Тянулось к его тьме. Я чувствовала что-то странное, в чем не могла еще разобраться. Страсть, желание? Что это?

Неожиданно Эльдагар обнял меня за талию и прижал к себе, по привычке уже зарываясь в мои волосы возле шеи.

– Еще раз увижу тебя вместе с Рамулом, убью обоих, – прошептал он мне в ухо так спокойно и естественно, будто рассказал о планах на день, и тут же уснул.

Я лежала, постепенно проваливаясь в сон, согретая телом короля. Быть в его объятьях… мне нравилось. Вопреки всему тому, что произошло между нами за все это время, мне на удивление было хорошо.

Что со мной не так? Я должна была мстить тому, кто убил мой народ. Должна была ненавидеть его всем сердцем! Но почему-то не могла. Почему же не получалось?

Я размышляла, пытаясь упрекать себя в своих чувствах, но быстро сдалась. Сон настойчиво забирал меня в свои владения, и я отдалась его воле, сладко утопая в тишине ночи.

Неожиданно меня разбудило что-то еле уловимое. Оно касалось моих плеч, рук, груди. Я резко распахнула глаза и увидела черный сгусток тьмы. Вокруг меня и Эльдагара скапливались клубы из непроглядной темной материи.

И я поняла, что для меня она полностью безопасна. Она тянулась ко мне, словно к своему спасителю. Я протянула руку вперед, и она ласково её окутала, погружая в прохладную нежность. Что это такое?

Внезапно моему взору на одно мгновение показалось тело повелителя. Он дрожал, ворочая головой в разные стороны, словно бился в лихорадке. Я тут же подскочила к нему и стала размахивать руками, пытаясь отогнать тьму подальше. На мое удивление это сработало. Эльдагар выглядел плохо. Его тело билось в судорогах, а крупные капли пота стекали с мужественного лица.

– Все хорошо. Я рядом, – прошептала я, нагибаясь над ним и прикладывая свои ладони к его горячему лбу. Неожиданно дыхание Эльдагара выровнялось, и он открыл глаза.

Прежде я не видела повелителя таким. Наполненный тьмой взгляд смотрел сквозь меня. Он медленно поднялся с кровати, образовывая позади себя большие крылья, сотканные из темной материи.

Я встала на ноги и попятилась назад. Рукой я нечаянно уронила вазу с цветами на пол, и та разлетелась вдребезги. Я вздрогнула от громкого звука, что нарушил тишину, продолжая пятиться назад. Как вдруг почувствовала резкую боль, наступив на осколок стекла. Боль пронзила тело, заставляя меня сдавленно вскрикнуть. Темнота развеялась так же неожиданно, как и началась. И передо мной уже стоял прежний повелитель темных эльфов.

Он смотрел на меня, находясь в полной растерянности.

– Ариэн, я чувствую кровь, – слегка взволнованно произнес он и тут же подошел ко мне и поднял меня на руки. Я слегка сжалась, вспоминая его страшный облик, который испугал меня до глубины души, но отстраняться не стала.

Король посадил меня на кровать и тут же стал осматривать рану. Он поднес руку к моей стопе, и едва шевеля пальцами, стал колдовать. Из раненой ноги прямо по воздуху стали выходить мелкие осколки стекла размером с песок, которые случайно попали в рану.

– Нужно обработать, – спокойно сообщил он и встал, направляясь к столу за знакомой уже мне баночкой мази. Я чувствовала его волнение.

– Все в порядке, Эльдагар. Это всего лишь незначительная рана. Я и похуже страдала от твоих рук, – попыталась я его успокоить, но получилось неважно. На самом деле он переживал. Вот только не понятно, за меня или за себя?

– На этот раз я мог убить тебя.

– Нет, – твердо ответила я, и он удивленно поднял на меня глаза.

– Твоя тьма тянулась ко мне, лишь успокаивая и приятно обволакивая. Она позволила мне добраться до тебя и разбудить.

– Ты смогла коснуться меня в таком состоянии?

– Да. А что такого?

– Тот, кто делал это раньше, умер на месте, – заключил он, и мне стало плохо. – Прости меня. Я не хотел этого.

Что я слышу? Неужели король темных извиняется перед кем-то?! Да еще и перед падшей светлой эльфийкой? Кажется, я сплю. Однозначно.

– Ничего страшного. Ты был не в себе, и я должна была что-то сделать. Что произошло?

– Кошмар. Старый и надоедливый.