Едва заикнись, и начнутся расспросы, выяснения, звонки моей маме, переговоры за моей спиной. Я поступила на бюджет в настолько престижный университет, что не могла поверить ни сама, ни остальные. Единственная из всего потока, даже Володя не добрал нескольких баллов. Еле отпустили. Но если пройдет слух, что, не успев приехать, я путаюсь с парнями, родственники сейчас же отправят меня восвояси, несмотря ни на что.

Потому что…

Ну, в общем, из-за сестры.

Всего каких-то два года назад Виолетта, вот точно так, как и я сейчас, поехала учиться в столицу. Влюбилась в очень красивого и богатого парня и забеременела от него. Легкомысленный мажор отказался жениться на ней и только сунул ей денег на аборт. Сестра их не взяла. Вернулась домой, родила и теперь живет на пособие по уходу за ребенком как мать одиночка, едва сводя концы с концами.

Нервы родители и соседи потрепали ей изрядно, не знаю, как она все выдержала.

Поэтому, когда пришли результаты конкурсного отбора и все узнали, куда именно я ухитрилась поступить, я подверглась такой тщательной обработке, что как умом не тронулась. Вот и у тети меня поселили, чтобы под присмотром и тоже не наделала глупостей, как сестра. Ну и, конечно, потому что в семье туго с финансами. Все, что получают мама с папой, да Виола с малышом, которому нужно столько всего, расходятся на раз-два.

Мама так и сказала, что не дай бог что, не дай бог и я вернусь с животом, не пустит на порог, одной дуры хватило, которая их с папой опозорила. Или аборт, или пусть как знаю. И папа с ней в этом вопросе тут же согласился. Он с ней вообще всегда соглашается и мало участвует в нашей жизни. И соседи всем поселком предсказали мне кривую дорожку. Какая одна сестра, такая и другая, недосмотрела, Семеновна за одной, так хоть вторую от себя не отпускай. Училище пусть заканчивает, а то и его не надо, пусть к нам на завод идет.

Только зря они все это говорили, я совершенно не такая. Ну, то есть, кроме Володи мне даже никогда ни один мальчик не нравился. И я приехала учиться, а не что-то еще.

А тут этот мажор с его точеными чертами, пробирающими до дрожи взглядами, срывающими тормоза прикосновениями и попытками приблизиться.

«Хочу твой поцелуй» и «Получу».

Боже мой. Мне кажется, у меня сейчас температура подскочит до сорока.

Жар, я вся горю!

Поцелуй! Я даже с Володей не решалась. Да и вообще. А тут…с…да черт знает с кем! Как он мог даже подумать. То есть, может в его кругу и принято, но при чем здесь я. Я ведь не поощряла даже ничем. Наоборот.

Боже…

А еще это «Бельчонок». Пусть даже уменьшительное, но все равно. Это прицепившееся ко мне еще с детского сада прозвище. Правда, обычно никто не церемонился и называл просто Белкой. Из-за золотисто-шоколадного цвета пышных волос, из-за чуть выпирающих зубов, ну и из-за фамилии, конечно. Белянкина. Не совсем Белкина, но как-то прицепилось тем не менее. Зубы мне очень быстро исправили брекетами, волосы с годами стали послушнее и лежат теперь красивыми длинными волнами, а вот прозвище так и осталось…В прошлом.

Я надеялась, что в прошлом.

А тут…

Откуда он знает?

Просто так сказал, угадал? Или знает фамилию? Что еще он обо мне успел узнать? Или совпадение?

«Хочу твой поцелуй» и «Получу».

Мне кажется, сегодня я повстречала завернутого в красивую упаковку дьявола.

(Добавлены также образы героев - Глава Визуализация).

Глава 6 Если начинает твориться какая-то херня, то это надолго

«Как будто меня двое суток держали под ливнем без зонта и плаща. Я насквозь, до костей пропитан впечатлениями...»

Рэй Брэдбери

Гордей

Вылетаю из подъезда на воздух, прислоняюсь к бетонной стене и несколько минут просто перевожу дух.

Просто тупо, как идиот малолетний, который в первый раз в жизни заговорил с девчонкой, пытаюсь успокоиться и допереть, что это сейчас такое было со мной. Что, черт возьми, за фигня, отчего я теперь сам не свой?

Как это называется, блин! Чем накрыло?

Красоток за свою жизнь перезажимал дофига, воз и тележку. Да и как по-другому, когда они уже с шестого класса бегают за мной косяками?

И всегда ж нормально все было. Ни волнения особого, ни идиотского тремора, будто под кайфом.

Сейчас же, что-то происходит в моем организме, чему я никак не могу дать хоть сколько-нибудь внятного устраивающего меня определения.

И эта хренотень тянется с того самого момента, как недотрога врезалась в меня на полном ходу.

Принялась лепетать свое объяснение, а я стоял и тупо залипал на ее охрененные чуть раскосые зеленые глаза, впитывал запах и теплый золотистый оттенок ее шелковистых волос. Тащился, как придурок, от ее залитых смущением розовых щек и ее милой решимости поскорее меня оттолкнуть.

В общем, зависал, как какой-то идиот, но вместе с тем кайфовал, пребывая в офигительно приятной, проникающей до самого нутра, до самых задворков сознания, нирване.

Попытался проанализировать, не получилось.

И не сказать ведь, что в моем вкусе, она вообще не мой типаж, но блин, не мог отказать себе в удовольствии еще раз приблизиться к ней.

А как подошел, так снова начало коротить.