Мой преследователь делает молниеносный выпад, и весельчак замолкает.

А парень снова идет за мной.

- Бес, это твоя кличка? – зачем-то уточняю я.

- Ага, типа того.

- Потому что фамилия Бесов? Или потому, что характер бесячий?

И все это, не поднимая на него ни единого взгляда, улавливая присутствие лишь периферийным зрением и другими органами чувств. В том числе носом. Пахнет от парня чем-то отдаленно узнаваемым настойчиво приятным.

- Ни то, ни другое.

А мне все равно кажется, что я угадала. По крайней мере, с характером.

Не знаю, как я долетаю до подъезда.

После того, как выяснилось, что собрать информацию для парня не проблема, я не вижу смысла скрывать свое место жительства. Ведь все равно узнает. Или уже знает. Если имя с легкостью, за пару часов...так что же ему адрес... Признаюсь, впечатлена.

Быстро набираю код домофона, дергаю на себя металлическую дверь…только она не поддается.

- Ч..что за…

Черт!

Он подставил ногу, и я не могу ее открыть.

Дергаю еще раз, сильнее, еще сильнее, а он вдруг резко убирает ногу, дверь распахивается, и я на скорости вваливаюсь в подъезд.

А он…о, боже, он... С ловкостью, которой я от него не ожидала, он уверенно шагает за мной, и быстро, с грохотом захлопывает за собой дверь, в одно мгновенье отрезая нас от шумной прохлады и гомона уходящего вечера.

Мои легкие перестают функционировать, слова застревают в горле, сердце, совершив последний предсмертный удар, останавливается и замирает в оцепенении.

Визуализация

Дорогие читатели, у вас может быть свое видение, но вот примерно так главных героев представляет автор.

Главная героиня Арина

Главный герой Гордей Горский

❤️ ❤️ ❤️

Новые визуализации и арты я буду выкладывать в своем телеграм, там же сообщается о выходе прод и другие новости.

Ссылка на Телеграм есть во вкладке Обо мне или можно найти по поиску Телеграм, вбив туда имя автора.

Присоединяйтесь!

Глава 5 Боже, не дай мне умереть

"Искушение подобно молнии, на мгновение уничтожающей все образы и звуки, чтобы оставить вас во тьме и безмолвии перед единственным объектом, чей блеск и неподвижность заставляют оцепенеть".

Марсель Жуандо

В подъезде темно, а парень оказался недопустимо близко от меня.

Слишком близко.

Не готова делить с ним одно пространство на двоих, взрывоопасно. И тело с реакциями подводят.

Ноги делаются тряпично беспомощными, категорически отказываются подчиняться каким бы то ни было командам.

Колени мелко дрожат и подгибаются. Глупая трусиха.

Вместо того, чтобы бежать поскорее по лестнице, хоть как-то попытаться растянуть расстояние между нами хотя бы на несколько метров, я отчего-то замираю вся, застываю. Прижимаюсь к холодной и шершавой подъездной стене и рвано выдыхаю, когда его ладони облокачиваются о стену, с двух сторон от меня на уровне моих плеч.

Заключают в подобие тисков.

- Что…

О боже, где взять побольше воздуха, чтобы не задохнуться. Хоть немного воздуха...

- Что ты делаешь? - выдыхаю на скорости, а губы парня трогает медленная ленивая усмешка.

В глаза ему не смотрю. Страшно.

Перед моим взором сейчас его шея, часть тонкой цепочки, что виднеется из-под одежды и тускло поблескивает в полумраке. Твердый, острыми углами, словно высеченный из камня, подбородок.

Улыбку ловлю быстрым взглядом на его губы, верхняя красиво очерчена, нижняя чуть полнее. Выше смотреть панически опасно.

- А на что это похоже? Провожаю тебя до квартиры. По-моему, это очевидно, - отвечает хрипло и очень близко, словно бы прикасаясь дыханием. А в его тоне мне чудится очередная насмешка надо мной, моими реакциями и моей, такой заметной, должно быть, оцепенелостью, нерешительностью и паникой.

- Меня…не надо провожать, я сама дойду, - кое-как выдавливаю протест, собрав все свои силы.

- Нет ничего страшного в том, что кто-то решил кого-то проводить, - медленно, словно специально растягивая слова, произносит наглец и подается ближе.

Боже, еще ближе, не дай мне умереть.

Ноздри щекочет пряно-мятный волнующий аромат его одежды. Возможно, это парфюм, который он носит, запах впечатляющий и дорогой, хоть я в этом не разбираюсь. По крайней мере, Володя не пользовался ничем таким, да и не вел себя настолько бесцеремонно. Но на уровне физиологии протеста нет, скорее, наоборот. При других обстоятельствах, я бы нежилась в этом аромате, пытаясь разложить на составляющие.

Грудь парня упирается в пакет с хлебом, который я непроизвольно выставила между нами, словно барьер. Пакет не дает нам соприкоснуться плотнее. Я уверена, этот глупый отчаянный жест не укрывается от внимания наглеца, также, как и моя полнейшая дезориентация и рваное, учащенное дыхание.

Оно то замедляется, то срывается в галоп.

- Я не хочу, чтобы кто-то меня провожал, - повторяю я, чуть ли не по слогам. Дай мне пройти.