Задумчиво смотрит мне в глаза.

- Хорошие спецы всегда нужны.

- Ну тогда по рукам?

Жмём руки. Отдает визитку. Ну вот, уже информация.

- Заявление заберу.

А с Зольниковой Вы один хер не договоритесь. Она их уже запеленговала. Не вытащите.

- Ну и вопрос у меня... Соседи Ваши...

- Да спрашивали Ваши архаровцы. Может и живёт кто. Да я, знаете, встреч не ищу, - хлопаю по поручням кресла, намекая на свое состояние. - Один сюда приехал побыть. Не знаком с соседями.

- Ясно-ясно... Вы мне позвоните, если вдруг, кто-то там появится. Разговор у нас к человеку... Мы в долгу не останемся.

Киваю.

Охуенные у вас разговоры, пламенные!

- Всего хорошего тогда?

- Увидимся, - сдержанно улыбаюсь я. - Увидимся...

Забираю со скамьи секатор, чтобы перерезать пластик. Открыть их нельзя. Только срезать.

Возвращаюсь в дом.

Застаю ее за тем, что прикусив от боли губу и не моргая, она решительно вытягивает руку из пластиковой петли, организуя себе вывих большого пальца и сдирая нарочь кожу.

Я затянул лишь слегка и у нее есть шанс выдрать кисть. Но выдрать - не фигурально! А как лапу из капкана. С охуенными потерями!

Открыв от шока рот, просто смотрю, как она упорото тянет руку, упираясь второй в стену. И надсадно дышит, словно не в себе.

- Тати!

Вздрогнув, оборачивается.

- Какого хуя ты делаешь?! - задохнувшись, рявкаю на неё.

Хлопает растерянно глазами, словно приходя в себя.

- Ты чо?!...

Подъезжаю к ней, ловя руку. Все в крови.

- Ты что наделала?!

- Я испугалась... - медленно смыкаются и распахиваются ее ресницы.

Просто, блять... нет слов.

И я, потеряв дар речи, развожу руками... взъерошиваю волосы обескураженно.

- Ну пиздец... Твою мать... - сжимаю переносицу.

Ее взгляд становится обиженным. Физически чувствую как закрывается. Натягивает на себе одеяло, словно почувствовав уязвимость передо мной.

- Разрежь... - смотрит на секатор в моей руке.

Отрицательно качаю головой.

- Дим?.. - настороженным шепотом.

- Нет.

Глава 18 - Каникулы кончились

Татико

Приступ панической атаки отступает.

Вообще моей психикой можно кирпичи ломать. Но иногда она внезапно подламывается, как ноги танцовщицы, которая в угаре танцевала всю ночь. И я со всего размаха лечу лицом об пол. Вот как сейчас... И утираю кровавые сопли.

Рука начинает пульсировать и ужасно болеть.

Откат адреналина вызывает слабость и равнодушие. И это тоже скоро пройдет. Надо просто подышать.

Подтягивая ноги, съеживаюсь, и молча закрываю глаза.

- Тати, поговори со мной, пожалуйста.

Меньше всего сейчас я хочу говорить о чем-то. Внезапно чувствую себя уставшей, больной...

- Тати... Я сейчас принесу аптечку.

- Дай мне секатор.

- Чуть позже. Извини... - тянет руку к моему лицу.

Хмуро отстраняюсь, не позволяя. Ненавижу это... Когда насилие пытаются замазать потом лаской.

Смотрю в его глаза.

Ты точно знаешь этого мужчину, Татико? Столько лет прошло. Твой Митяй из прошлого не посмел бы сделать так. Люди меняются...

- Тати... - подрагивает его лицо.

Переживает.

Нет, Митяй это точно не источник моего пиздеца. Мне неприятно,что он сделал так. Но... Я это переживу.

Он возвращается с аптечкой. Хмурясь, аккуратно обрабатывает мне ссадины мирамистином.

- Давай, я сниму это, а ты никуда не уйдешь, - сосредоточенно протирает мои ссадины. - Я ведь даже извиниться искренне не могу Тати. Не сделай я так, тебя ведь уже бы не было, верно? Поговори со мной...

Срезает кусачками пластик.

Тяну к себе руку.

- Расскажи мне что у тебя происходит.

Встаю, поспешно натягиваю на себя ещё сырые вещи.

- "Татьяна Сударская". Погугли.

- Ну зачем ты так?

- Как?

Протирает лицо руками.

- Ладно. Могу искренне. Извини. Извини! Я не прав. Я слишком много на себя взял. Извини. Не уходи.

- Ты не останавливайся, пожалуйста, ладно? - веду пятерней по волосам. - Ты должен встать. Обещаешь? Ты можешь, все у тебя работает.

Вытягивает сигарету, щелкает зажигалкой прикуривая.

- Это мы так прощаемся? - сглатывает он тяжело.

Пожимаю плечами.

- А если я не хочу? Это так несправедливо! Я даже не могу тебя тормознуть.

- Жизнь несправедлива.

- Татико... Запиши мой номер, пожалуйста.

- Зачем, Дим?

- Может быть... Ты остынешь, и вспомнишь снова кто я, кто мы друг другу. Соскучишься. И... напишешь мне.

Этот большой и брутальный мужчина так раним сейчас, что я вдруг вижу в нем своего Митяя. В каких-то мимических тонкостях. А может,просто чувствую душой. Вот же он, вот он, просвечивается через эту щетину и мускулатуру.

- А может быть, тебе нужна будет помощь. И я буду рядом. Буду делать все для тебя.