— Рамиль, это же безумие! Умоляю! Я всё что угодно готова сделать, только... — мой голос дрожит, а руки так сильно сжимают его, что, кажется, я оставлю синяки.

— Тогда тебе придётся пообещать мне что-то, чтобы я не сорвался, — его голос становится хриплым, почти опасным, и я понимаю, что сейчас он скажет что-то, отчего я окончательно потеряю дар речи.

— Что? — выдыхаю, чувствуя, как пересыхает горло.

— Предложи сама, — скалится. Взглядом по моему лицу скользит. На губах останавливается. Глаза тёмными вспышками вспыхивают.

— Я... Я пойду с тобой на настоящее свидание, — выпаливаю, чувствуя, как внутри всё сжимается от напряжения.

— Со всеми вытекающими последствиями? — уточняет он, наклоняясь ближе, и его глаза сверкают чем-то совсем нехорошим.

Чувство самосохранения кричит послать его к чёрту. Скатится с этой горы и ничего не обещать.

— Да! — выкрикиваю громко, потому что не вижу другого выхода.

Рамиль оголяет идеально белые зубы. Его смех пробирается под кожу. Холодит. До морозных мурашек пронимает.

— Я выбываю из гонки, — хрипло бросает Яру, а сам с меня взгляд не сводит. Я же даже вдохнуть боюсь.

Яр фыркает, заводит двигатель и несётся с горы. Я только слышу громкие визги Лианы и обещания, что она его сама лично прикончит. Яр же только её подначивает.

— Спасибо, — произношу хрипло.

— Ты ведь ни хера ещё не поняла на что согласилась, да, милаха?

Я просто смотреть на него продолжаю. Я понимаю. Не настолько дура, как он считает. Просто я обдумываю вариант, как из города сбежать. Так, чтобы больше никогда с ним не встречаться. Фантазирую, в общем. А на деле... Я попала. Ой, как же сильно я попала... При чём по собственной же воле.

Глава 18

Я слетаю с квадроцикла в тот же момент, когда он останавливается. Ноги подкашиваются, я чуть ли носом не зарываюсь в землю. Спасает, конечно же, шлем и Бешеный, который меня словить успевает и на ноги поставить.

Я вырываюсь. Брыкаюсь. Меня всю колотит от злости и ярости.

— Милаха.

Его голос только сильнее меня взрывает. Ощущение, что пар уже не только из ушей валит, но и что чайник закипел и крышечка открылась. Он только что моей жизнью играл! Для него всё это идиотская игра! Развлечение, а я чуть Богу душу от страха не отдала!

— Да пошёл ты! - Ору так, что сама себя оглушаю. Шлем снимаю. Пытаюсь им Рамиля ударить по голове, но у меня не получается. Шлем из пальцев выпадает на землю. Я же продолжаю брыкаться и кричать.

Бешеный меня на плечо закидывает. Уносит подальше от зрителей. А у меня как будто силы натрое умножаются. Я начинаю его кулаками молотить. Пытаюсь укусить. Делаю всё, что только возможно.

— Угомонилась?! - Рявкает, когда на ноги ставит. А я не угомонилась! Нет!

— Придурок ненормальный! Клиент психбольницы! Сумасшедший! На всю голову долбанутый! - Бросаюсь на него с кулаками. По груди молочу. Рамиль лишь хищно усмехается. Глаза блестят опасно. А меня это совсем не останавливает. Я продолжаю. Пальцами в кулак его кофту сжимаю.

— Ты думал у меня кличка просто так? - Скалится. Ну точно, псих больной! Ему в палату нужно, а не с людьми рядом находиться.

— Да мне плевать, кто тебе её дал, понял?! Хоть напарник по палате в психушке, хоть друзья твои ненормальные! Если тебе жить надоело, то это твои личные проблемы, понял?! Я же жить хочу. А ты мне мешаешь! Ты меня чуть не угробил там! Да я чуть от разрыва сердца там не откинулась, а ты... Ты!

— Я в твою жизнь краски вношу, милаха.

— Забирай свою чёртову палитру и вали ко всем чертям!

Я сама того не замечаю, как совсем близко к нему подхожу. На эмоциях совсем страх потеряла. Только сейчас осознаю, что его горячее дыхание мне кожу обжигает. Что мои губы в нескольких миллиметрах от его. Что моя грудь высоко вздымается, тем самым в него вжимаясь.

— А такая ты мне ещё больше нравишься, милаха.

Боже, этого придурка совсем ничего не берёт. Улыбается как ненормальный. Глаз блестят. Жизни радуется. Чтоб его!

— Богдана, — шиплю в ответ, — запомни уже наконец-то моё имя. Или у тебя после сотрясов проблемы с памятью?

Рамиль тут же скалится в ответ. Прикусываю язык, но уже поздно. Секунда. Всего секунду и я в воздухе подлетаю. Приземляюсь пятой точкой на что-то жёсткое и холодное. Кривлю носик и охаю. Это капот его тачки. Он только что меня верхом усадил, а сам между моими ногами встал.

— Богдана, — чеканит моё имя по слогам, а меня передёргивает. Ладно, с сотрясами переборщила. Но он сам виноват! Нечего было меня до такого состояния доводить.

— Мне не нравится таким тоном. - Тут же в ответ хриплю.

— Как-то похуй. - Не очень любезно парирует Рамиль. Его ладони на моих коленках и начинают выше подниматься.

— Знаешь, я...

— Твой лимит на слова исчерпан. Теперь захлопываешься и очень внимательно слушаешь.