Первое что бросилось в глаза, это распахнутое настежь окно. Ледяной ветер гулял по комнате, заставляя дрожать пламя единственной коптилки.

— Лада милостивая, да вы совсем без ума! – вырвалось у меня, и я, не сдерживаясь, бросилась к окну. Мои пальцы цепко ухватились за раму, и с глухим стуком створки захлопнулись. За окном был ужасный мороз, здесь в горах было холодно так, словно глубокая зима, даже осенью. – Можно умереть от такого холода! Кто-то должен следить за таким…

Я уже хотела обругать служанку, но, когда повернулась…

Сердце пропустило удар.

Мужчина в инвалидной коляске. Длинная неухоженная черная борода. Вместо одежды какое-то рванье… Но все еще крепкие руки и большие плечи.

Ярромир…

Он сидел в самом темном углу.

Я застыла, словно забыла, как дышать.

Он медленно повернул голову… Глаза…Все еще его яркие зеленые глаза.

Он… он не умирает?

— Это... ты? — голос его был хриплым, но в нем дрожала надежда.

Я замерла, стараясь сдержать слезы.

— Рада, ты приехала? – спросил меня Яр и подкатил коляску. Мы столкнулись глазами и его взгляд изменился. Из мягкого и доброго, стал… безразличным.

— Нет, — ответила я, сдерживая дрожь в голосе. — Это я… Аня. Анна Мироновна, лекарка…

— Лекарка, значит, — пробормотал он. — Можете уходить.

Я застыла, не веря в услышанное.

— Разве ты…не помнишь меня?

— Я не разрешал вам переходить на ты, — он резко перебил меня, разворачивая кресло к окну, которое я только что закрыла. – Повторюсь, вы можете быть свободны.

В комнате повисло тягостное молчание. Пыль кружилась в полосах тусклого света, который пробивался сквозь грязные стекла. На столе стояли заплесневелые тарелки, кружка с засохшим на дне отваром.

— Вы... не знаете, когда приедет барыня? — вдруг спросил он тихо, и в его голосе прозвучало что-то болезненно-нежное. – Она вас прислала?

— Нет, — ответила я твердо. — Меня прислал не она. Меня направил дивизион.

Он не пошевелился, но я увидела, как его костяшки побелели от того, как он обхватил подлокотник кресла.

— Тогда вам здесь делать нечего, — прошипел он.

— Я приехала помочь.

Он фыркнул, и этот звук перешел в хриплый, надрывный кашель. Я шагнула вперед, но он отмахнулся.

— Когда т..вы в последний раз ели что-то горячее? — спросила я, оглядывая грязную посуду.

У него была потеря памяти? Почему об этом никто не говорил? И как давно он никого не помнит?

Он снова нехорошо закашлял и внутри все оборвалось от этого звука.

О чем я вообще думаю…

Он жив! Он не умирает! Что…Что еще нужно!?

Потеря памяти обычное дело при таких травмах, как и отрешенное поведение больных. Он потерял дракона, а значит его ждет долгое восстановление здоровья…

— Вы принимаете отвары, от кашля и для н…

— Марфа! – Яр закричал так грозно, что я вздрогнула. Служанка мигом оказалась рядом.

— Господин…

— Проводи лекарку, она спешит домой, — твердо сказал Яр

Визуал

Наша герориня - Анна. Она лекарка. Служит на границе с Чернью в мужской академии. Добрая, сильная и справедливая женщина.

Ее муж Вед нашел свою истинную и выгнал ее с сыном на улицу. Тогда главный герой помог ей. Теперь она приехала попрощаться с Яромиром, но оказалось, здесь все не так как она думала...

Ей 37 лет

Наш герой, генерал дракон Яромир. Получил ранение сражаясь на границе с Чернью. Он смог сдержать и убить трех Аспидов. Но сам потерял сущность дракона. О нем слагают легенды. После битвы с Аспидами он уехал жить в уединеное место. Но как мы видим, все не так красиво, как рассказывают легенды

Яромиру 38 лет

Служанка Марфа.

Дом генерала-дракона

Глава 3

Анна

— Пойдемте Анна, пойдемте, — подхватила меня за локоть Марфа, но я тут же вывернулась.

Ну уж нет!

— Меня прислал дивизион… — возразила я.

— А мне плевать, — все так же грозно прорычал Яр. – Мне не нужна лекарка, а значит вы можете быть свободны.

Марфа практически поволокла меня из комнаты. Я могла бы использовать боевое заклинание…Но магия дана не для того, чтобы драться со служанками.

Да и драка, как говорил когда-то Яр, это самый последний аргумент.

Сила…она в уме!

— Но на дворе ночь! – закричала я. – А там лес, ни души и поговаривают, что прорвались утопцы…Неужели вы выгоните меня на улицу на верную погибель!

— Сюды дошли и отсюда дойдете, — ответила вместо Яра Марфа, а на лице генерала скользнула…тень сомнения.

— Я карету отпустила! И я представления не имею куда идти. Еще и в темноте…

— Не придумывайте… Тоже мне барыня….

— Марфа стой, — голос Яра заставил служанку резко остановиться. Она нахмурилась и поджала губы.

Кажется, Марфа мечтала выгнать меня сильнее, чем генерал.

Но Яр…Он всегда был благородным. И даже если он меня не помнил, это должно было в нем остаться.