Ничего не ответив, Дима лишь сильнее прижал меня к себе, казалось время остановилось и мир перестал существовать, как давно меня вот так никто не обнимал, я не понимала его действий, не понимала, почему он здесь, почему вместо того, чтобы решать свалившиеся на него проблемы, он лежит здесь со мной и гладит меня по голове, как когда-то делала мама. И почему мне так хорошо и спокойно? Почему все это кажется таким правильным? Когда, в какой момент жестокий и циничный мужчина, которому ничего не стоит пустить пулю в лоб любому, кто посмеет некорректно выразиться в его присутствии, стал мне родным и почему несмотря ни на что, рядом с ним я чувствую себя в безопасности.

-Мой брат и мачеха, они…, - начала я, - ты ведь понимаешь, что я не  причастна, веришь, что я..

-Успокойся, - прервал меня Дима, - я знаю, что ты не имеешь ко всему этому никакого отношения, Саша, считай я иначе, тебя бы уже здесь не было.

-Они, - не сдержала очередную порцию слез, - они должны ответить, за все, за все что сделали.

-Ответят, - согласился Дима, - но сначала мне нужно выманить кукловода Архипова.

-Считаешь это он? – я и сама думала также, уж слишком странное совпадение, правда мотивы мне были не ясны. Зачем лезть во владения Демина, когда в твоем, распоряжении столица? Зачем рисковать и бередить прошлое, зная, что Дима за человек и на что он способен.

Ко всему мне все никак не удавалось выбросить из головы лицо Архипова, я точно видела этого человека раньше, и уверена, что это важно, так почему, черт возьми, я не могу вспомнить, где и при каких обстоятельствах мы встречались раньше.

-Практически уверен, - ответил муж, - я не верю в совпадения, Саша, к тому же Архипов давно желает закончить начатое.

Спрашивать, что конкретно он желает закончить было глупо, ответ был очевиден.

-Но почему именно сейчас? – это вопрос не давал мне покоя, что-то здесь было не так, почему сейчас, когда Дима крепко держит власть в своих руках, когда его влияние достигло своего пика, - ты ведь говорил, ему дали понять, что воевать с тобой не стоит, что изменилось?

-Есть у меня продположение, - шумно выдохнул Демин.

Сейчас он казался таким уязвимым и мне это совершенно не нравилось, не нравилось видеть его таким и осознавать, что он тоже всего лишь человек и что однажды я могу его потерять, да, вот так просто и по-идиотски я все же к нему привязалась, ненавидела себя за это, я клялась себе, что больше никого и никогда не подпущу так близко, потому что я устала терять близких. И снова эти чертовы слезы, господи, какая же я жалкая.

-Сегодня я взяла на себя роль Бога, - прошептала я, когда слезы закончились, а говорить стало легче, - считаешь я имела на это право?

-Жалеешь? – спросил муж, заставляя смотреть ему прямо в глаза. Прижалась щекой к его большой ладони, ощущая его тепло и терпкий табачный аромат.

-Нет, - вот так, просто и честно, - я вообще в этой ситуации ничего не чувствую, будто меня окончательно сломали, сломали последний мост ведущий к жалости и состраданию, а может он был разрушен раньше, просто осознала я это только сейчас.

-В нашем с тобой мире, Саша, жалость и сострадание – слишком большая роскошь. Запомни, маленькая, тебя никто жалеть не станет, - повторил муж слова, которые когда-то я не раз слышала от Саши, - в криминальном мире нет места жалости и всепрощению, это ты должна уяснить раз и навсегда. Ты моя жена, тебе еще не раз придется быть жестокой.

-Мне кажется именно такой я всегда и была, - грустно улыбнулась я, - в пятнадцать лет я предпочла нормальной жизни месть и войну, знаешь, я ведь даже не стала рассматривать вариант оставить все позади себя, забыть, простить в конце концов, нет, во мне взыграла жажда крови и справедливости. Вот скажи мне, что бы ты выбрал, будь ты тогда на моем месте?

Дима как-то странно на меня посмотрел, на мгновение, лишь на мгновение, в черных глаза промелькнула боль, маленькая, но яркая вспышка, которая исчезла также быстро, как и появилась.

-Я выбрал месть, Саша, - холодно ответил Дима, - без всякого «бы», я заставил молить о смерти каждого, кто был причастен к смерти моих родителей и брата. Мне было двенадцать, когда их убили и я поклялся на могиле семьи, что однажды отомщу и свое обещание я выполнил.

Его признание не могло меня не удивить, я ведь никогда не интересовалась его прошлой жизнью, да и какой в этом смысл, если та жизнь, какой бы она не была, осталась в прошлом.

Невероятно насколько странной может быть жизнь, какой шанс, что ты встретишь кого-то, чья судьба удивительно похожа на твою собственную?

Вот так бывает, у маленького мальчика отнимают семью, а потом мальчик вырастает и превращается в одного из самых опасных и безжалостных людей в этом мире.

Невольно задаешься вопросом, а кем однажды станешь ты? Или уже стал?

-Не копайся в себе, людей способных прощать, практически не существует, я за тридцать шесть лет таких не встречал, - вновь заговорил Дима, - можно бесконечно рассуждать о прощении и сострадании, пока это не коснется тебя лично. Мы эгоистичны, это в нас заложено природой в ком-то больше, в ком-то меньше.

В этот день я уяснила для себя одну простую истину – я действительно не из тех, кто способен на прощение, не из тех, кто забывает обиды, вот моя мама была из тех, кто прощал людям их слабости и ошибки, а я, я совершенно на нее не похожа, я точная копия своего отца.

-Тебе нужно поспать, Саша, - прошептал Дима, целуя меня в лоб, - сегодня был тяжелый день. Я оставлю тебя.