— Однако не достаточно, чтобы противостоять мне, — перебивает меня сволоч. — Запомни, милая моя, когда есть большие деньги, как у меня, основания для проверки опекой не требуются. Один звонок и ребенка изымут до выяснения благополучности вашей семьи. Ах, у вас еще и папки нет? — он наигранно вздыхает.

А меня трясет. Я понимаю, что Милу может и не заберут, но нервы потреплют изрядно и уже потом никогда не отстанут. И я не готова так рисковать психикой ребенка.

— Ты же сейчас просто шутишь, Ник? — почти шепчу я в ужасе. — Ты ведь вовсе не такой…

— Рискни проверить.

— Ладно, — сдаюсь я. — Чего ты от меня хочешь?

— Ты забудешь все, что тут сегодня увидела и будешь в счастливом нетерпении ждать от меня предложения руки и сердца, — пожимает плечами мразь. — А сейчас иди в дом и приведи себя в порядок. Только не задерживайся. Я пока встречу отца, мы будем ждать тебя в гостиной.

— Никит, умоляю, — предпринимаю я еще одну попытку решить вопрос хоть сколько-нибудь полюбовно. — Просто возьми Свету и играйте с ней счастливую пару. Почему я?

— Света — шлюха, — грубо отзывается Никита. — У нее это на лице написано, весь этот апгрейд, яркий мейк, откровенные шмотки буквально кричат вместо нее самой, что телка готова брать и давать всем, кто предложит нормальную цену. На таких как она не женятся. Только трахают. Да и родители никогда не одобрят мой брак с шалавой.

У меня даже рот открывается от возмущения. Значит он будет ебать шалав вроде Светы, а в жены хочет воспитанную тихоню вроде меня? Да он совсем умом тронулся?! Возомнил себя пупом земли?

Мне хочется буквально орать на него. Но пока я не придумаю, как заткнуть этого сукиного сына за пояс и обезопасить от него свою семью вынуждена молчать. Хотя сказать мне есть что! Ох, еще как есть! И я непременно найду способ растоптать эту гниду.

Потому что никто не смеет угрожать моему ребенку!

— Наша комната справа от лестницы, — говорит мерзавец. — Поторопись.

Меня коробит от слова «наша», но у меня уже нет никакого желания с ним спорить. Я просто хочу уничтожить гада.

Никита дергает ручку входной двери чуть сильнее и она к моему удивлению поддается. Очевидно сама судьба не позволила мне сразу открыть эту дверь, чтобы я поймала гадских любовничков.

Послушно вхожу в дом, потому что мне нужно время, чтобы прийти в себя и придумать план мести.

Пройдя по огромному дому, захожу в «нашу» комнату. И сажусь на огромную кровать посреди.

Слезы градом сыплются из глаз стоит остаться наедине с собой. Как же больно… Еще и ребенком шантажирует, скотина.

Соберись, Леся! Тебе не привыкать иметь дело с мерзавцами. Хотя подобной наглости себе даже мой бывший муж не позволял. Он всего-то изменил мне и предложил обрюхатить меня, а как родится ребенок, забрать его для себя и своей любовницы. Мудак!

Я сбежала и потратила половину денег с развода на то, чтобы мою дочь никакие документы с ним не связывали. А на вторую открыла небольшую клининговую фирму — это был единственный способ задобрить мать, которая не готова была потерять столь выгодного зятька.

Я тогда пообещала ей, что смогу сама прокормить их с Милашей и объяснила, что если она хоть слово скажет моему бывшему или его матери, то внучку она больше никогда не увидит. Это сработало. Но я столько сил угрохала на то, чтобы моя дочь осталась со мной, что теперь какой-то поганец будет мне угрожать?!

Соображай, Олеся! Справилась тогда, придумаешь что-нибудь и сейчас. Надо только мозги включить. А они как назло до сих пор в шоке походу. Не могу поверить, что два из двух мне достались мерзавцы-изменщики! Неужели вообще все мужики такие?! Слов нет…

Так, спокойно. Время идет, надо что-то срочно придумать. А пострадать я еще потом успею.

Итак.

Судя по пламенной речи самого Никиты его родители технически на моей стороне — не хотели даже знакомиться со мной и мне это очень на руку. А значит для начала нужно им просто сильно не понравится.

Я так понимаю Никита очень зависим от их мнения, поэтому эта его больная «любовь» ко мне выключится по щелчку, если меня не одобрят мамочка с папочкой.

Сейчас с горечью думается, что когда-то я ведь очень хотела любви. Вот и получила. Чокнутого психа!

Как говорится, бойся своих желаний…

«Родители никогда не одобрят мой брак с шалавой», — всплывает в сознании фраза только что брошенная Никитой. И я хватаюсь за нее как соломинку.

Скидываю с себя рюкзачок, который догадалась прихватить из машины вместе с тортом, и вытряхиваю из него все содержимое на кровать. Тут все мои пожитки для «уикенда на вилле», поэтому выбирать особо не из чего. Шмотки у меня до ужаса скучные и никак не катят под шлюшьи: обычные джинсовые шорты, весьма целомудренной длины, легкое платьице до самого пола, купальник, футболка и кучка трусов. Да в общем-то и все.

О, купальник! И чего я сразу не подумала?