Глаза зверя сузились, рычание слетело с его губ, когда он отступил назад, в замешательстве качая головой. Она чувствует меня, отметил голос с довольным хихиканьем. Замечательно. Я всегда хотел иметь домашнее животное.

Гиена резко развернулась, когда снова раздался звон стали. Взгляд высокого мужчины зацепился за смутные фигуры, танцующие в облаке поднятой пыли шагах в тридцати от него. Его опытный глаз знал, что этот танец смертелен, наблюдая, как одна фигура с криком боли упала на песок. Гиена тут же издала еще один вопль и перешла на бег, в несколько шагов сократив расстояние до упавшей фигуры, после чего сомкнула челюсти на черепе налетчика. Треск раздробленной кости был слышен даже над звоном сталкивающихся клинков.

Высокий мужчина вонзил пятки в бока жеребца, пустив его в стремительный галоп. Пыль рассеялась, когда он приблизился к танцу, открыв взору женщину, кружащуюся среди пяти налетчиков. Она непрерывно размахивала скимитаром, вращаясь, тройные косы ее волос развевались. Он увидел, как она нанесла удар по чрезмерно вытянутой руке бандита: скимитар глубоко вонзился и отправил его тулвар на песок. Тот отпрянул назад, ругаясь на языке равнинных племен, и потянулся неповрежденной рукой к топору на поясе. Меч высокого мужчины отсек ему руку у плеча, когда он галопом проскакал мимо, затем остановив жеребца, развернул его и снова бросился в атаку. Только один налетчик совершил ошибку, попытавшись противостоять ему, а трое его оставшихся в живых товарищей предпочли поступить гораздо мудрее - пуститься наутек.

Фу! пожаловался голос, когда меч рассек лицо неразумного бандита надвое. Пьяница, помешанный на маке с тяжелым случаем оспы в придачу. И все же, - добавил он, когда кровь впиталась в сталь. Еда есть еда.

Высокий мужчина смотрел, как троица налетчиков убегает в пустыню, и размышлял о том, стоит ли пускаться в погоню. Голод меча, как всегда, не утихал, но он считал, что на сегодня достаточно отвлекся от своей цели.

"Чена!" - крикнула женщина. Гиена мгновенно оторвалась от поедания мозгов налетчика и бросилась вдогонку за беглецами. Высокий мужчина наблюдал, как они преодолели дюну и исчезли из виду, а через несколько секунд то же самое сделала и гиена. Вскоре раздались крики.

"Мы ценим твою помощь, но она не требовалась".

Он опустил взгляд и увидел, что женщина поднимает с песка лук и пустой колчан. Ее волосы, заплетенные в тройную косу, уже подсказали ему ее происхождение, но лук подтвердил это. Оружие представляло собой составной лук с концами из ясеня и рога буйвола, прикрепленными к центральной рукояти, выполненной из затейливо вырезанной черной слоновой кости. Это была заклинательница зверей из земель, граничащих со Вторым Морем.

Далеко от дома, заметил голос, в тоне которого звучала усталая ирония. Что, интересно, могло привести ее сюда?

Она окинула его внимательным оценивающим взглядом. Он определил ее возраст где-то за тридцать, но под черно-белыми красками, украшавшими ее лицо, трудно было определить точный возраст. Он был немного знаком со значением многочисленных знаков на лице, используемых ее народом. Белый круг в центре лба означал тяжелую утрату, а три черные точки под левым глазом говорили о еще не выполненном предназначении.

Вражда, которую нужно уладить? размышлял голос. Скорее всего, это молитва, которую она собирается вознести в завершение долгого и опасного путешествия. Ты согласен, мой повелитель? Он почувствовал слабый прилив удовольствия в ответ на свой гнев, когда вернул меч в ножны, решив проигнорировать его дополнительную насмешку. Ты знаешь, что должен убить ее. В конце концов, только на одну молитву будет дан ответ.

"У тебя есть имя?" - спросила женщина, недоуменно нахмурившись из-за его молчания. Когда он не ответил, она пожала плечами. "Я..."

"Паломники не делятся именами", - перебил он, слезая с лошади и осматривая все еще дергающееся тело однорукого налетчика. Как и остальные, тот носил на голове черный шарф, а тело было облачено в разномастные доспехи, которые свидетельствовали о карьере убийцы, которой он занимался во многих странах. Откинув шарф, он увидел обветренные черты лица, бронзовые от солнца, хотя и не такие темные, как у уроженцев этого региона. Кроме того, на серебряной цепочке, свисавшей с одного уха, висел небольшой медальон знакомого дизайна.

"Церковь Воскресших", - заметила женщина, разглядывая серебряную каплю через плечо высокого мужчины. "Вероятно, это старый крестоносец, оставшийся после того, как фанатики сели на корабли. Многие предпочли жизнь разбойника, чем голодать в пустыне, поскольку в радиусе двух тысяч миль ни одна душа не могла оказать им помощь".

Высокий мужчина сдвинул труп, чтобы показать пояс налетчика и разбухший кошель, который тот держал. Открыв его, он высыпал на ладонь горсть монет. Они были серебряными и недавно отчеканенными, на одной стороне была изображена голова человека, который, как он знал, был нынешним предстоятелем Церкви Воскресших, на другой - тот же мотив в виде капли, который налетчик носил на своем ухе.