Джунипер взглянула на меня. Я совсем забыл притвориться занятым — просто стоял, опершись о кухонную стойку, и жадно ловил каждое её слово. Опомнившись, я тут же отвернулся и принялся мыть посуду.

— Посмотрим, — на губах Джунипер расцвела нерешительная, но искренняя улыбка. — Думаю, я останусь здесь.

Я больше не мог стоять в стороне. В три шага я пересек комнату и обнял её со спины:

— Если ты не хочешь жить с моими братьями, мы купим другой дом. Прямо рядом. Сделаем всё так, как ты захочешь! — затараторил я, не в силах сдержать ликование.

Бабушка с улыбкой качнула головой:

— Слова настоящего влюбленного мужчины.

— Да, — прошептал я, целуя Джунипер в щеку.

Она прижалась ко мне и тихо вздохнула:

— Я тоже тебя люблю.

— Пойдём домой? — тихо спросил я её.

Она заколебалась, оглядывая заваленный бардаком зал.

— Ой, да брось, не думай о мусоре. Завтра всё разгребу, — махнула рукой бабушка.

— Не нужно. Я уже вызвал клининговую бригаду, они приедут утром, — вмешался я. — Простите, что не спросил разрешения заранее.

— Вот! Мужчина проявляет инициативу! — бабушка с одобрением похлопала меня по руке. — Я бы посоветовала тебе держаться за него обеими руками, Джуни, но вам суждено быть вместе, так что он от тебя всё равно не отстанет.

— У меня уже сложилось такое впечатление, — с улыбкой ответила Джунипер.

— Идём? Тебе нужно выспаться, а завтра займёмся твоим переездом, — я бережно обнял её за плечи.

Пока Джунипер прощалась с бабушкой, я нашёл её сумочку, завалившуюся за кресло. Когда я протянул её Джунипер, она удивлённо вскинула брови.

— Я бы про неё забыла, а начальник с утра съел бы меня за неразобранную почту, — пробормотала она.

Мы вышли через заднюю дверь на песок. Едва дверь защелкнулась, я притянул её к себе:

— Увольняйся.

Я ждал возражений, но она лишь облизнула губы и кивнула:

— Хорошо.

— И всё? Так просто? — выдохнул я и припал к её губам.

Быстрый поцелуй мгновенно перерос в страстный, когда Джунипер обвила мою талию руками. Я ласкал её щеку, чувствуя, как внутри разгорается пожар.

— Ты моя сбывшаяся мечта, — прошептал я у самых её губ.

Она закатила глаза, но тут же потянулась за новым поцелуем.

Дорога до дома показалась мне бесконечной. Братья, к счастью, где-то пропали, но мне было плевать. Я намеревался любить мою ведьму так, чтобы обо всём на свете забыть.

Едва мы переступили порог спальни, одежда полетела на пол. И я сдержал каждое своё обещание ещё до того, как мы наконец заснули.

Эпилог.

Год спустя

Малик

Ночь летнего солнцестояния выдалась душной, но жара, похоже, допекала меня одного. Эдриан радовался возможности в очередной раз сбросить рубашку, а Каспиан был слишком увлечён своей суженой, чтобы вообще замечать погоду.

Годовщина их встречи была уже на носу, и большую часть времени они прощались и целовались, вместо того чтобы помогать с вещами. По крайней мере, так мне казалось каждый раз, когда я отрывал взгляд от монитора.

— Застегнись, пожалуйста, — нахмурилась Джунипер, уперев руки в бока. Вдоль стены гостиной ровными стопками стояли коробки, готовые к переезду в их новый дом.

— Да ладно тебе, жарко же! — пожаловался Эдриан. — К тому же я только начал нормально загорать.

Каспиан спустился по лестнице, на ходу наблюдая за этой перепалкой. На его губах играла ухмылка:

— Ари, делай, что она говорит.

— Какая ты послушная заинька, младший братик! — драматично вздохнул Эдриан, проведя рукой по платиновым волосам, и отправился к себе наверх.

— И надень что-нибудь приличное! Например, белую рубашку! — крикнула ему вслед Джунипер.

Она поправила кружевной подол белого летнего платья и перевела взгляд на меня. Моя чёрная рубашка, судя по всему, прошла цензуру, потому что Джунипер слегка улыбнулась.

Я вздохнул, закрыл ноутбук и поднялся из-за стола:

— Не стоит так выкладываться из-за праздника. Это всего лишь солнцестояние.

— Ну да, конечно, — промурлыкала она.

Каспиан обнял её со спины и крепко поцеловал в губы.

Опять за своё.

Я изо всех сил старался не закатывать глаза, но Джунипер всё равно заметила и тихо хохотнула:

— Постарайся хотя бы сегодня не выглядеть таким суровым, Мал.

— Я не… — пробормотал я, поправляя манжеты. — Забей.

Эмоции никогда не были моей сильной стороной.

Влюблённые уже потеряли к разговору всякий интерес. Каспиан строчил что-то в телефоне, пока Джунипер копалась в пляжной сумке.

— Так лучше? — спросил спустившийся Эдриан, перепрыгивая через две ступеньки.

— Вполне, — ответил Каспиан, накидывая на плечо серебристую шкуру.

Я потянулся за своей — тёмно-серой, почти стальной — и привычно повесил её на локоть. Знакомое тёплое гудение магии селки откликнулось в груди: я мог превратиться в тюленя прямо здесь, посреди комнаты, но океан подходил для этого куда лучше.