Посмеиваюсь:

- Угу. Так, наверное, каждый из ваших братьев думал. Небось, все не отличаетесь скромностью?

- Не задумывался об этом, - он лыбится.

Разбивает на сковородку пять яиц, перемешивает аккуратно. Принимается натирать на старой терке сыр.

- А кофе на вашей даче имеется?

- Должен быть, если не отсырел.

- Ребята не купили. Привыкли, что у меня кофемашина.

- Кофемашины здесь точно нет, - усмехаюсь, - но есть турка. А вот и кофе, новая пачка. Бабуля у меня запасливая. Она иногда страдает давлением, но в основном ей можно кофе. Поэтому, что дома, что на даче, у нее всегда большой запас.

- Старшее поколение, - Антон вежливо улыбается.

Пристраиваюсь с туркой с другой стороны плиты, и то ли от того, что запах яичницы перебивает запах самого мужчины, то ли от простой, уютной атмосферы на кухне, становится легче.

11

Смущение уходит куда-то глубоко. Я больше не ругаю себя, с удовольствием варю кофе.

- Вот что у меня никогда не получалось, так это кофе в турке, - признается Антон. - Хорошо, что есть кофемашины.

- Да, я тоже пользуюсь на работе этим изобретением человечества. Но все-таки у кофе в турке свой вкус.

- Возможно. Сейчас попробую твой.

Программист усмехается.

- Как рука, если серьезно?

- Немного ноет, но гораздо меньше.

Он ведет плечом, локтем и тут же вскрикивает:

- Ай!

- Не надо резких движений, прошу! А вот рентген бы все-таки не помешал...

- Давай лучше завтракать.

Скрэмбл готов, кофе тоже. Мы усаживаемся за столиком и уже привычно едим вдвоем.

Меня с ним и это не напрягает - просто сидеть и молча наслаждаться завтраком.

Хотя, казалось бы, какое наслаждение в нашей ситуации? Я вынужденно заперта с чужим человеком. Но...

Так, только не нужно думать, что мне это нравится!

Но завтрак и правда заходит на ура - сытный, вкусный. Я если и жарила дома яичницу по утрам, то самую простую. Скрэмбл ела пару раз в отелях, но мне как-то не особо понравилось. А вот в исполнении Антона действительно вкусно. И кофе у меня удался.

- Конфеты хочешь? - интересуется Антон. - Мои ребята специально для тебя купили.

- Как это мило с их стороны! - закатываю глаза. - А ты что, не любитель сладкого?

- Нет, не особо.

Грызу губу.

- И что, твои ребята ничего не выяснили?

- Вышли на след той машины. Будут наблюдать, чтобы вычислить заказчика.

- Понятно.

Мы доедаем, и Антон уходит к своим охранникам.

Я предоставлена сама себе - разжигаю камин, иду прибраться в бане. Вдруг он реально надумает ее затопить.

Как-то незаметно проходит часа два. Почти обед, мы встали рано.

Антон уже вернулся, сидит на крыльце с телефоном.

Я только задумываюсь над тем, где мой смартфон, как раздается знакомая мелодия. Она не играла на нем уже очень давно. Муж... Вернее, бывший.

Зависаю на время, и звонок срывается. Но потом тут же он набирает мне снова.

Вообще, у бывшего нет привычки названивать мне, он не просил прощения, не пытался меня вернуть или бегать ко мне время от времени - сестра за этим тщательно следит. Поэтому что-то заставляет меня взять трубку.

- Да?

- Алёна, ты на даче? Бабуля там?

Он развелся со мной, но бабушка не перестала быть его близким человеком. Теперь через другую внучку.

- Нет, ее здесь нет.

Я уже чувствую, как в душу заползает тревога.

- Ее нигде нет... Из дома уехала, телефон не взяла, как обычно. Забыла. Вот где ее искать?

Слышу на заднем плане всхлип сестры:

- А вдруг бабушка потерялась?! - кричит она то ли ему, то ли мне. - Не найдет дорогу домой!

Я хмурюсь:

- У нее нет деменции!

- Все когда-то начинается, - отрезает бывший. - Если явится на дачу, позвони.

Судя по тону, он не особо обеспокоен. Скорее раздражен всей этой суматохой.

- Подожди, когда она ушла? В чем? Во сколько? - кричу теперь уже я.

Голос дрожит, руки тоже начинают ходить ходуном. То ли сестра заразила меня паникой, то ли в принципе сам факт - ситуация не из лучших.

У бабушки хоть и все в порядке с головой, по крайней мере, до недавних пор было, но она пожилой человек. Ей семьдесят пять.

Передо мной вырастает мощная фигура Антона. Он кивает и негромко спрашивает:

- Что?

- Бабушка пропала, - отвечаю.

- Так... Ну-ка дай.

Программист отнимает у меня трубку прежде, чем я успеваю даже ахнуть, и серьезным тоном интересуется:

- Как к вам обращаться?

У бывшего, скорее всего, немая сцена. Во-первых, голос довольно-таки жесткий, не терпит возражений. Именно такой, каким Антон, видимо, говорит с подчиненными. Во-вторых, голос мужской.

- Дмитрий, - слышу растерянное.