Вербин дождался, когда коллеги покинут комнату, прикрыл дверь и уселся напротив Шиповника. И даже сидя он возвышался над руководителем – сто девяносто четыре сантиметра никуда не денешь. При этом здоровенным «шкафом» Вербина никто не называл, телосложение у него было спортивное, мускулистое, но без лишней массы, а худым Феликс казался из-за роста. Лицо вытянутое, как шутили, у Вербина всё росло вверх, а не вширь, с «упрямым» подбородком. Завершали картину серые глаза и короткие светло-русые волосы, аккуратно зачёсанные набок. Сильная жара спала, на этой неделе температуру обещали комфортную, не более двадцати шести градусов, даже с небольшими дождями, поэтому Феликс ходил в джинсах, удобных кроссовках, футболке-поло. А документы и прочую мелочь прятал в маленькой кожаной сумке.

– Давно с ним виделся? – негромко спросил подполковник, откладывая бумаги.

Феликс поднял бровь:

– Судя по всему, вы знаете когда.

– Ты что, детектив?

– Круче, Егор Петрович, я – опер с Петровки. – Вербин потёр рукой подбородок. – Когда Пашу убили?

– Вчера поздно вечером. Тело обнаружили ночью.

– Ограбление?

– Нет. Даже не пытались замаскировать: часы, бумажник, телефон, машина – всё на месте.

– Может, он документы какие важные вёз? Или крупную сумму наличными?

Выйдя в отставку, Русинов стал работать в строительной фирме жены, достаточно известной организации, прочно стоящей на ногах. Устроился, разумеется, не грузчиком, и все понимали, что в машине одного из топ-менеджеров довольно крупной компании могло оказаться нечто более ценное, чем часы, бумажник и телефон вместе взятые.

– Эту версию отработают ребята с «земли», – ответил Шиповник, глядя Феликсу в глаза.

– А чем займусь я?

– Ты мне скажи. О чём вы с Пашей разговаривали две недели назад? – Подполковник помолчал и объяснил: – Коллеги посмотрели путешествия его телефона и увидели, что Паша заходил в «Грязные небеса».

– В системе мой бар отмечен как подозрительное место? – пошутил Феликс.

– Как отличное место, – тоном знатока отозвался Шиповник. – О твоём баре многие знают, а увидев точку на карте и сопоставив с тем, что случилось в дальнейшем, ребята решили, что Паша приходил к тебе советоваться. Они правы?

В первую очередь они молодцы и поступили, как настоящие коллеги: предположив, что Русинов встречался с бывшим сослуживцем, не стали вызывать Вербина, а сообщили его руководителю и попросили прояснить ситуацию. Очень вежливо и по-человечески.

– Зачем приходил Паша?

– Вы всё правильно сказали, Егор Петрович, – посоветоваться.

– Он во что-то влип?

– Нет. Ну, то есть… – Вербин сообразил, как прозвучало его «нет» в контексте смерти старого товарища, и решил поправиться: – У него не было очевидных проблем по бизнесу или во взаимоотношениях с кем-то. И он не чувствовал опасности. Паша пришёл посоветоваться по одному старому делу и держался абсолютно спокойно.

– Что за дело?

– Давайте я перескажу наш разговор, а вы сами решите, что и как? – предложил Феликс. – Хорошо?

– Рассказывай. – Шиповник посмотрел на часы. – Только не затягивай.

две недели назад

Как отличить хорошее заведение? По шеренге дорогих автомобилей? В том числе с застенчиво задранными багажниками – чтобы парковщики не увидели спрятанные номера и хозяину не пришлось тратить кровные сбережения на оплату парковки или штрафа. Нет, дорогие машины показывают, что заведение модное в этом сезоне, или пафосное, с задранными, как багажники, ценами – чтобы отпугнуть тех, кому «сюда не положено», и угодливо распахивая дверь только перед сверхплатёжеспособной клиентурой. О качестве заведения говорят не автомобили у входа, а отсутствие свободных мест в зале, в котором топ-менеджер крупной корпорации может оказаться за соседним столиком с компанией программистов и не станет комплексовать по этому поводу. О качестве заведения говорит только то, что людям в нём хорошо и они готовы в него возвращаться снова и снова.

Как в бар «Грязные небеса».

Расположенный в тихом переулке неподалёку от Цветного бульвара, он славился достойной кухней, напитками на любой вкус и отличным обслуживанием. И славился заслуженно, поскольку владельцы понимали значение слова «репутация» и делали всё, чтобы она оставалась блестящей. Их труды приносили результат: «Грязные небеса» не пустовал даже в самые «мёртвые» для рестораторов дни. Люди с удовольствием заполняли единственный зал, стильно отделанный тёмным деревом, занимали все столики и плотно рассаживались за барной стойкой, над которой, по желанию первой хозяйки «Грязных небес», было вырезано изречение Публия Сира: «Contra felicem vix deus vires habet».

И именно за стойкой, в самом дальнем углу, пристроились Феликс и Русинов. Паша позвонил слишком поздно, все столики оказались забронированы, вот и пришлось общаться, сидя на высоких табуретах. Впрочем, Русинова всё устраивало.

– Отличный чили, – выдохнул он, отодвигая пустую тарелку. – Думаю, лучший в городе.

– Рад, что тебе понравилось.