– Потому что оно очень длинное.

– Мне нравится.

– Оно всем нравится. В нём есть смысл, боль и кровь. Оно идеально. Я сама его придумала.

– Ты очень талантлива, Тая.

– Об этом скажет вторая книга.

– И вторая, и третья, и все последующие, – уверенно произнёс Игорь. – У тебя всё получится.

– Ты правда в это веришь?

– Конечно. Ты удивишь всех.

– Всех я уже удивила, – очень-очень тихо произнесла молодая женщина. Настолько тихо, что Игорь не услышал. – Очень сильно удивила.

* * *

Рутина бывает разной. Для одних рутина – это обсуждение логистического плана на ближайший квартал; для других – подбор актёров на роли в телесериале; для третьих – расшифровка генома и создание квантового компьютера; для Феликса Вербина и его коллег – тяжкие и особо тяжкие преступления. Как правило – убийства. На раскрытии которых и специализировался отдел подполковника Шиповника. Но можно ли назвать рутиной расследование подобных дел? Или изучение материалов, от которых у нормального человека кровь стынет в жилах? Или допросы, на которых улыбающиеся преступники рассказывали, как убивали и насиловали? Можно ли назвать всё это обыденностью или повседневностью? Феликс об этом не задумывался, он просто в этом жил. Догадывался, что где-то далеко-далеко, за рамками уголовных дел существует другая, «гражданская» жизнь, но никогда не примерял её на себя, не прикидывал, смог бы работать инженером или врачом? Вербин свой выбор сделал, и выбор ему нравился.

– На этом, пожалуй, всё, – произнёс Шиповник, заглядывая в свои записи. – В целом хочу сказать, что работаем хорошо, но расслабляться не надо, продолжаем в том же духе, несмотря на то что лето.

– Жаркое лето, – уточнил Гусев. – В отпуск хочется.

– Отпуск, он как Новый год – приходит точно по графику, ни днём раньше, ни днём позже.

– Какое лето? – фыркнул Захаров. – Неделя от него осталась.

– И эту неделю нужно отработать как следует. Ещё вопросы?

Больше вопросов не оказалось.

– Тогда скажу я… – Шиповник выдержал короткую паузу. – Все помнят Пашу Русинова?

Было бы странно, если бы не помнили. Павел проработал на Петровке два десятка лет, большую часть – в их отделе, дослужился до подполковника и вышел в отставку чуть больше года назад – не такой уж большой срок, чтобы позабыть человека, с которым сидели за соседними столами и много раз вели совместные расследования. Вербин понял, что вопрос задан не просто так, а тот факт, что Шиповник явно затягивает прелюдию, означал, что начальник отдела собирается поднять неприятную тему.

– Разумеется, помним.

– Конечно, Егор Петрович.

– А что случилось?

– Пашу убили.

Сообщение прозвучало буднично, так же сухо и по-деловому, как несколько минут назад они обсуждали другое преступление. С той лишь разницей, что на совещании речь шла о посторонних людях, а сейчас о человеке, которого они знали много лет. Которого уважали. На которого полагались и в котором были уверены.

Кто-то негромко выругался. Кто-то шумно выдохнул.

– Чёрт, – тихо произнёс Вербин. – Паша…

– Согласен, – буркнул Шиповник. – Дерьмово.

Не на службе, но всё равно убит… Подождите! Убит?! Первое, что слышат в такой ситуации нормальные люди – его больше нет. Смерть. Она закрывает собой всё. И лишь потом, через несколько секунд или минут, начинает доходить, что в этот раз смерть не пришла – её привели. Ей подсказали, кого забрать. Кто-то подсказал.

– Убили? – переспросил Захаров.

– Криминал без всяких сомнений, – подтвердил подполковник.

– И дело уже открыли?

– Да, в Подмосковье. Там всё случилось.

– Мы можем помочь?

– Понятно, что поможем, – вздохнул Колыванов.

– Понятно, что поможем Кате и детям, – уточнил Шиповник. – Расследование тоже не оставим без внимания, и эта задача… – Ещё одна пауза, во время которой подполковник взглядом отыскал выбранного оперативника. – Ложится на тебя.

Вербин молча кивнул.

– Думаю, никто не будет против, если от нас этим делом займётся Феликс?

Возражений не последовало.

– Ну и моя большая просьба…

Об этом Шиповник мог и не заикаться.

– Всё, что угодно. – Фролов, самый старый сотрудник отдела, не часто позволял себе перебивать начальника, но сейчас не сдержался. – Феликс, всё, что угодно, и в любое время.

Остальные сотрудники закивали.

– Любая поддержка.

– Договорились.

– Ладно, мужики, остальное порешаем в рабочем порядке. – Подполковник демонстративно закрыл блокнот. – Идите злодеев ловить.

Совещание закончилось, но не для всех.