— Я похож на человека, у которого проблемы с фантазией? У тебя не было желания просто расслабиться и выгулять платье? Простой человеческий вечер. Согласна на прогулку?

Фурия прикусила губу и посмотрела на мониторы, а потом на мою спокойную физиономию. Девушка внутри неё, похороненная под тоннами ответственности и страха за свою жизнь, всё-таки победила прожжённого хакера.

— Хорошо, согласна, — выдохнула она, сдаваясь. — Когда?

— Вечером. Собирайся, сделай там... что вы, девочки, обычно делаете. Короче, чтобы была красивая.

* * *

К восьми часам вечера она вышла в гостиную.

Я даже мысленно присвистнул. Обтягивающее чёрное платье с открытыми плечами, лёгкий макияж, убравший синяки под глазами, и каблуки, на которых она, на удивление, уверенно стояла. Изящная, дерзкая и невероятно красивая. Совсем не та мышка-хакерша, которую я вытащил из придорожной забегаловки.

— Ну, я готова, — она нервно поправила подол. — И куда мы пойдём? Уссурийск сейчас не в самом лучшем состоянии. Вон, по телевизору передавали, опять ливень обещают, да и дороги в центре после вчерашнего прорыва труб перекопали...

— А мы не здесь будем гулять. Мы будем в другом месте.

Мы вышли во внутренний дворик нашего закрытого особняка. Я щёлкнул пальцами. Ночная мгла вздрогнула, оптическая маскировка отключилась, и перед нами плавно опустилась специальная модификация тяжёлого транспортного дрона.

— Карета подана.

Ольга ошарашенно посмотрела на эту футуристическую конструкцию.

— Феликс... Ты серьёзно собрался тащить меня на свидание на этой летающей табуретке? Куда? В тайгу?

— В столицу, Оля. В Петербург.

— В Питер?! Ты спятил! Это же девять тысяч километров!

— Садись, — я галантно открыл дверцу капсулы. — Засекай время.

Она неуверенно забралась внутрь. Я сел рядом. Бронированный купол сомкнулся, отсекая звуки внешнего мира.

— Ну, погнали, — скомандовал я. — Вектор на Неву.

Двигатели с антигравитационной платформой взвыли. Нас слегка вжало в кресла, и капсула рванула вертикально вверх с ускорением истребителя. Мы пробили облачный слой, выйдя в нижние слои стратосферы. Маршевые плазменные движки перешли в форсажный режим.

— Матерь божья! — Ольга вцепилась побелевшими пальцами в подлокотники, глядя, как звёзды за бортом смазываются в длинные линии.

Она открыла рот и начала выдавать такие многоэтажные конструкции русского мата, что заслушался бы даже бывалый портовый грузчик из Владивостока. Она поминала физику, меня, высоту, скорость и свою дурость, что согласилась на это.

«Повелитель, — раздался в голове предельно вежливый голос Сириуса, который пилотировал наш агрегат. — Объект “Фурия” в данный момент употребляет лексику, не соответствующую статусу аристократического свидания. Транслировать вам частотный анализ её высказываний?»

«Лучше скорость давай ещё накинь. Пройдём на пяти махах».

«Принято, Повелитель. Идём на гиперзвуке».

Скорость действительно поражала. Система жизнеобеспечения отрабатывала идеально: внутри мы могли спокойно дышать и даже пить шампанское из мини-бара, пока снаружи воздух разбивался об артефактные щиты дрона.

Прошло около часа, когда за стеклом капсулы показалось бесконечное море огней. Столица Российской Империи, великий и блистательный Петербург.

Дрон сбросил скорость, войдя в режим городской невидимости, и мягко спланировал на плоскую крышу какого-то бизнес-центра на Васильевском острове.

Я открыл дверцу. Прохладный питерский ветер с Невы ворвался в кабину.

Ольга выбралась наружу, пошатываясь и глубоко дыша.

— Феликс... Я за этот час с жизнью попрощалась как минимум три раза! — но на её губах уже играла восхищённая улыбка. — Это было... охерительно!

И мы пошли гулять.

Петербург ночью — это магия в чистом виде, даже без учёта Техносов. Классическая имперская архитектура сливалась здесь с высокими технологиями. На Невском проспекте кованые фонари светили неоном артефактных кристаллов, и по брусчатке один за другим скользили магнитопланы. Вверху, прямо над куполами храмов, медленно плыли рекламные дирижабли. Фасады старых дворцов подсвечивались объёмными голограммами, менявшими картинку каждые несколько минут.

Мы сворачивали на набережную Мойки и долго смотрели, как в воде отражаются огни мостов. Ольга непрерывно крутила головой. После стольких лет за экранами, когда весь Питер существовал для неё лишь в виде схем на серверах, настоящая улица казалась магией.

На Крестовском острове мы первым делом зашли в луна-парк «Имперское чудо». Сразу же рванули на гравитационные качели. Огромные кованые стрелы швыряли кабинку вверх, на пару мгновений мы замирали над островом, а после со свистом ухали вниз. Фурия визжала, вцепившись мне в рукав.