— О, — сказала она. — Ну, продолжай. В конце концов, ни у кого больше здесь ведь нет никаких проблем. Лично меня похитили, пытали и оторвали часть моего тела, мои крылья. Но, знаешь, это, конечно же, не идёт ни в какое сравнение с тем, через что проходишь ты. Так что не торопись. Даже несмотря на то, что у нас на хвосте психопатка, падший ангел.

У меня отвисла челюсть от удивления, а Реми расплылась в улыбке и похлопала Ханну по спине.

— Великолепно. Отличная работа.

Потом она нахмурилась.

— Так, подожди-ка. Я ведь саркастичная подруга. Та самая, от которой все ждут колкостей и язвительных замечаний. — Она подмигнула мне. — В последнее время мне было ужасно скучно. Моим новым лучшим другом стал словарь синонимов. Ого! Что-то я отвлеклась… — Она ткнула Ханну локтем. — Ещё одно словечко. Так вот, о чём я. Мне кажется, у каждой из нас есть своя особая роль, и мы очень много работали, чтобы заслужить свои титулы. Так что, если ты не будешь посягать на роль, которую я лично себе назначила, это будет просто суперски.

Ханна закатила свои бледно-голубые глаза.

— И какую же роль, по-твоему, должна играть я?

— Тихоня. Покладистая. Плывущая по течению. Всеобщая любимица-миротворец. — Она запрокинула голову, чтобы целиком окинуть взглядом Ханну. — Несущая тень. Загораживающая солнце. Любимая жирафа.

Я швырнула подушку в Реми.

— Вы можете обе прекратить?

Реми поморщилась и указала на Ханну.

— Она же миротворец, помнишь? Не ты. Иногда я клянусь, что меня ужасно недооценивают.

Ханна подошла к кровати и схватила меня за лодыжки. Затем одним резким рывком стащила меня на пол.

— Ай! Да что с тобой, Ханна?

— У мира нет времени на твоё уныние. У тебя пять минут, чтобы смыть с себя эту вонь и встретиться с нами в гостиной Финна. Мне самой бросить тебя в ванну или дальше справишься?

Я сердито посмотрела на неё, медленно поднимаясь на ноги.

— Ладно. Я приму душ.

Реми захлопала в ладоши.

— Жёсткая любовь. Мне нравится.

Они продолжали разговаривать друг с другом, пока я закрывала дверь.

Мои подруги не понимали, что моё сердце буквально было разбито. Разорвано так, что его уже невозможно было собрать. Было трудно сосредоточиться на обычных повседневных вещах, не говоря уже о том, чтобы планировать войну с падшим ангелом. Но они были правы. Хватит. Время скорбеть закончилось.

Через несколько минут, отмывая волосы с таким усердием, что я уже боялась содрать кожу головы до крови, я смыла пену и быстро оделась. Даже не став обуваться, босиком прошлёпала в гостиную. Меня встретили лица, которых я давно не видела.

В мою ладонь ткнулся мокрый нос. Я опустила взгляд и увидела своего любимого волка.

— Привет, Чамп.

Потом ахнула.

— Кто это так усиленно тебя кормил?

Мой волк набрал целых десять фунтов!

Луна убрала за уши свои волосы цвета сахарной ваты.

— Я стала по ночам ходить гулять, чтобы проветрить голову, и постоянно переживала, что он увяжется за мной. Поэтому начала давать ему лакомства.

Реми странно посмотрела на неё, но лично я была совершенно не против того, чтобы кто-то баловал Чампа.

Я улыбнулась Луне.

— Спасибо.

Трев подошёл ко мне, обнял одной рукой за плечи и поцеловал в макушку.

— Привет. Мы за тебя переживали.

Я пожала плечами.

— Я в порядке.

Конечно, это была ложь, но именно это они все и хотели услышать.

Трев подвёл меня к креслу, а сам вернулся на диван и сел рядом с братом. Луна устроилась на подлокотнике рядом с Эзрой. Ханна встала возле меня. Я не знала, хотела ли она таким образом поддержать меня или просто боялась, что я сбегу. Реми сидела на ковре перед камином, ожидая, когда я заговорю.

— Простите, что так долго жалела себя. Расскажите, что происходит.

Прежде чем кто-либо успел ответить, в дверь постучали.

Я изо всех сил постаралась не вздохнуть. Всё, чего мне сейчас хотелось, — это удобные спортивные штаны Финна, его подушка и сон.

Трев и Эзра вскочили на ноги и пошли открывать дверь. Даже отсюда я чувствовала знакомую силу того, кто стоял за дверью, и уже знала, кого они увидят.

Реми вскочила на ноги.

— И что же это у нас такое? Тор, это ты? Сэр, вы случайно не потеряли свой молот? Я могу помочь его найти.

Я сжала переносицу. Похоже, у меня определённо начиналась мигрень.

— Сандалфон, чем обязаны такому удовольствию?

Он протиснулся мимо Эзры и Трева.

— Племянница, ты ужасно выглядишь.

Он заключил меня в объятия и сжал так сильно, что едва не сломал мне ребро.

— Мы все переживали. Как ты держишься?

— Смирительную рубашку мне пока ещё не надели, — сказала я.

Он отпустил меня и хлопнул по плечу.

— Юмор из человеческого мира. Забавно.

Когда он отступил в сторону, освобождая обзор своим огромным телом, похожим на Халка, я увидела за ним невысокого мужчину. Его светлые волосы были зачёсаны набок, а голубые глаза казались почти слишком большими для его тонкого лица. Обойдя Сандалфона, он заключил меня в объятия.

Я уже смирилась с тем, что Архангелы были большими любителями обниматься.

— Привет, дядя Рагуэль.

Он немного отстранился.

— Ты меня узнала?