В следующую секунду меня словно окатило кипятком. Каждая клетка тела одновременно вспыхнула болью и небывалой силой. Поле зрения залило алым. Туман ярости заполнил разум, и инстинкты взяли верх над сознанием.

В тот же момент лодка отлетела в сторону. Надо мной возвышался тощий жилистый мужик с широким ртом и неровными зубами – тот самый Табаки. Его глаза округлились от удивления.

– Юля! – только и успел выкрикнуть он.

Движимый нечеловеческой силой и совершенно не чувствуя боли, я вскочил на ноги одним плавным движением и вырвал нож у Табаки. В мозгу работал только первобытный инстинкт: убить или умереть.

Нож в моей руке описал короткую дугу и вошел Табаки под челюсть. Я выдернул лезвие и развернулся, ощущая, как каждый мускул наливается силой.

Минус один!

Табаки рухнул к моим ногам как подкошенный. Я даже не проверил, мертв ли он, – интерфейс уже показал, что его активность упала до нуля. Передо мной стояли Юлия с перекошенным лицом и еще трое мужчин из группы Папаши.

Значит, их было пятеро. На одного больше, чем я думал…

– Какого хрена?! – выпалила она с возмущением, словно я был ей должен.

Я ухмыльнулся, чувствуя, как по подбородку течет слюна, смешанная с кровью. Должно быть, я выглядел как безумец – окровавленный, в разорванной одежде и с пылающими глазами. Раны на моем теле продолжали кровоточить, но сейчас я этого не ощущал. Меня мучила жажда убивать. И, наверное, отключилась та часть мозга, что отвечала за логику и рациональность, потому что я, вместо того чтобы просто кончить всех, решил покуражиться:

– Первый уровень, сука! – прохрипел я, бросаясь вперед. – А ты, я смотрю, выздоровела вся?

Противники двигались медленно. Пусть разница в скорости между нами была всего двадцать пять процентов, этого хватало на то, чтобы они двигались как в замедленной съемке.

Я видел, как Юлия медленно тянется к ножу на поясе, двое мужчин пытаются загородить ее, а третий вскидывает самодельное копье… Плевать! Я перемещался с превосходящей скоростью и бил с невероятной точностью, словно в меня вселился бог войны.

Удар, еще удар. Кровь брызнула мне в лицо. Минус два!

Я не останавливался ни на секунду, превратившись в машину для убийства. Каждый удар был направлен в жизненно важные точки. Я словно видел уязвимые места своих противников, отмеченные красным в новом интерфейсе, а ноги и руки действовали быстрее, чем приходила команда из мозга.

Рябой Тетерин попытался ударить меня металлической трубой. Я легко уклонился и всадил нож ему в горло, проворачивая лезвие. Кровь хлынула фонтаном.

Минус три!

Коля Курганов, молодой любовничек Юлии, вооруженный трубой, видя, как я исполняю танец смерти, попытался спрятаться за ее спину, но она схватила его за шкирку и толкнула на меня, зашипев:

– Ах ты крыса!

Курганов переобулся в полете из предателя в героя, с бешеным рыком побежал на меня, замахнулся, рассчитывая пришибить трубой, но я легко под нее нырнул, ударив его ножом в пах и перерезав артерию. Он взвыл, складываясь пополам. Это тебе за то, что держал Машу, когда Бергман пытался заставить ее стать его парой! И вот тебе еще! Я чиркнул его по шее.

Минус четыре. И «Ярость» все еще активна, о чем, помимо повышенной скорости, говорило побагровевшее поле зрения.

Плотоядно скалясь, я наступал на Юлию, перебрасывая нож из руки в руку и приговаривая:

– Раз, два, три, четыре, пять, я иду тебя искать.

Голос звучал так, словно я гелия наглотался, – и плевать. Будто голодный волк, я чуял страх жертвы, он кружил голову, учащал дыхание. Я смотрел в расширенные от ужаса зрачки Юлии, которая пятилась, пятилась, пятилась. Жертва. Горячая плоть. Соленая кровь.

Точно так же она чуяла мою уверенность в праве отнять ее жизнь.

– Ну что? Хочешь мой статус чистильщика? – осклабился я. – Так иди и забери.

– Это не-э-возмо-о-ожно-о! – закричала она, и ее голос был гулким, тягучим. – Ты-ы же-э только что был при-ы смерти!

В обычном состоянии я бы не смог одолеть Юлию – все-таки претендент 12-го уровня, опытная и безжалостная убийца. Но сейчас стал сильнее, а она… У нее на глазах я за считаные секунды прикончил четверых.

Запаниковав, Юлия заорала во все горло:

– Паве-эл! Паве-эл, сю-уда! – И рванула прочь – слишком медленно для меня.

Хотелось метнуть нож ей в спину, но что-то будто остановило, какая-то смутная тревога, которая примешивалась к азарту.

И вдруг я ощутил, как тело налилось свинцом, ноги подкосились, и я, лишь чудом не рухнув, остановился, глядя, как Юлия, будто вырвавшись из вязкого пространства, мчится вперед. Нас разделало метров десять… одиннадцать… двенадцать…

А еще вернулась боль. Стиснула ребра, вышибла дыхание, я снова стал слабым и немощным.

Эффект «Ярости» обошелся мне дорого – я чувствовал, как внутри что-то надорвалось и не хотело восстанавливаться.

Талант «Ярость» деактивирован.

Длительность восстановления: 23:59:59… 23:59:58…