Я отвожу Декса немного в сторону, чтобы фоном служил стадион, а не толпа игроков.

— Готовы? Раз, два, три.

На счет «два» Майлз поднимает ручонки и расплывается в самой широкой улыбке на свете. Боже, сердце тает от умиления.

Я вывожу снимок на экран и подхожу к Дексу, чтобы показать результат.

— Должна признаться, это лучший кадр за сегодня.

Декс с улыбкой разглядывает фотографию, а затем задирает голову к сыну.

— Ну, что скажешь?

— Самая лучшая фотка в мире! — ликует Майлз. — У Калли всегда получаются самые классные снимки.

— Майлз, ты мне льстишь, — отшучиваюсь я, пока Декс спускает сына на землю. Я опускаюсь перед мальчиком на корточки. — Спасибо за помощь. Слушай, ты отлично потрудился, но мне нужно поснимать на самом поле, поэтому окажи, пожалуйста, одну огромнейшую услугу.

Майлз нетерпеливо подпрыгивает. Ужасно не хочется его расстраивать, но рисковать безопасностью ребенка я не имею права.

— Нужно, чтобы ты остался в дагауте вместе с папой, договорились?

— Ой, — надув губки, разочарованно тянет Майлз. Нижняя губа оттопыривается так сильно, что мальчик того и гляди об нее споткнется.

— Эй, обещаю, будет еще куча возможностей помочь, но сейчас, кажется, твоя подмога нужнее папе. Как думаешь, справишься с поддержанием дисциплины среди тех игроков, что останутся в дагауте?

Майлз поспешно кивает.

— Справлюсь.

— Отличный подход, — хвалю я и протягиваю ладонь. Мальчишка что есть мочи дает «пять» и стремглав мчится прочь с поля.

Я со смешком выпрямляюсь.

— Первым же делом скину тебе фотографию, Декс.

— Спасибо, Калли. Ума не приложу, что буду делать осенью, когда он пойдет в садик, но сейчас ты меня здорово выручаешь.

— Рада стараться, — отзываюсь я с улыбкой. Чертовски приятно, когда твой труд ценят, но удивительнее всего то, что за день на меня ни разу не накатила тревога. Все утро уверенно дирижировала процессом, и хотя ободряющие взгляды Уилла здорово придавали сил, в кои-то веки я ни капли не сомневалась в собственных навыках.

— Калли! — подзывает Олссон, стоящий перед строем игроков, и машет рукой.

Черт побери, надо было постучать по дереву.

Стоит мне подойти, как Олссон снова поворачивается к команде.

— Хоть в планах у нас и полноценная двусторонка, Калли выйдет на поле ради динамичных кадров, — менеджер тяжело вздыхает. — Если кто-нибудь покалечит моего фотографа, упеку ваши задницы в младшую лигу так надолго, что вернетесь оттуда зелеными салагами. Усекли?

И почему все в команде пытаются довести меня до слез умиления?

Глава 34Уилл

Обычно тренировочные матчи – сплошное удовольствие. Дружеское соперничество, никакого давления, просто выходим на поле и играем. Но всю игру я дергаюсь, как параноик.

Какого хрена Олссон разрешил Калли торчать у кромки поля с фотоаппаратом – ума не приложу, но из-за этого меня скоро удар хватит. Тревожность мне в принципе не свойственна: будь на месте Калли кто-то другой, я бы и глазом не моргнул. Но это моя девочка. Если хоть один из придурков сотворит какую-нибудь херню и Калли пострадает, я им бошки поотрываю.

Адам играет за команду противника, и сейчас его очередь отбивать. Калли подходит и встает у меня за спиной.

— Огонек, до инфаркта меня доведешь. Что ты творишь?

— Хочу нащелкать классных кадров твоей задницы в штанах, — шепчет она.

Я одариваю Калли красноречивым взглядом, в котором нет ни капли веселья. Когда она держится в стороне – еще полбеды, но стоять прямо за спиной...

Калли тяжело вздыхает.

— Появилась у меня одна задумка, должно получиться круто. Так что, будь добр, позволь Адаму отбить одну из подач.

— Калли...

— Да подавай ты уже чертов мяч, Андерсон! — орет Адам.

Вообще-то я собирался выполнить просьбу Калли, но один страйк картины не испортит. Оглянувшись на свою девочку, я киваю и бросаю наклбол19.

Слышу серию щелчков, а следом – прекрасный звук удара мяча о ловушку кэтчера.

— Уилл! — громко возмущается стоящая за спиной Калли. — Я же сказала: позволь Адаму отбить.

— Калли, благодаря этим кадрам я вечно буду над ним насмехаться, — поймав брошенный обратно мяч, я поворачиваюсь. — Если потребуется, могу очень ласково попросить.

Калли поднимает камеру, пряча подступающий румянец.

— Дай мне возможность сделать нужный кадр, Уилл, а там посмотрим.

Так я и поступаю. Всю оставшуюся тренировку Калли светится от счастья. Каждому удачному кадру на дисплее достается ее улыбка. А если позволяет время, еще и демонстрирует результат самому игроку. И когда парни начинают бурно восхищаться увиденным, во мне не просыпается ни капли ревности. Если в Сиэтле Калли с командой даже словом не перекидывалась, то здесь стала ее неотъемлемой частью. Приятно осознавать: рядом с нами Калли чувствует себя в безопасности.