— Это побочный эффект честности, — отозвалась она. — Не все хотят слышать правду.

Касем снова расслабленно улыбнулся.

— За кого вы меня принимаете? Я лишь хочу знать, что произошло.

— Зачем? — настаивала Эвелин.

— Ради покоя моей души. Этого ответа вам достаточно?

Разумеется, нет. Эвелин чутьём угадывала, что за этим стоит нечто большее.

Но прямо сейчас вытянуть это из него вряд ли удастся, — подумала она.

— Каково ваше решение? — спросил он, помолчав, после того как она долго ничего не отвечала.

— Я вынуждена отказаться уже хотя бы потому, что вы — отец потерпевшей, а значит, лицо заинтересованное. Кроме того, согласие должен дать сам Мартин Килиан как клиент, а что он об этом думает, ни вы, ни я не знаем.

Касем опустил закинутую ногу, подался вперёд и понизил голос.

— Если вы найдёте убийцу Аиши… — он запнулся, — …Алейны, то…

— Кто такая Аиша? — тут же перебила его Эвелин.

У Касема заходили желваки.

— Это её настоящее имя. Она сменила его, когда перебралась в Австрию.

— Она бежала с родины? — спросила Эвелин.

Касем не ответил.

— Если вы найдёте убийцу моей дочери, в благодарность вы до конца своих дней будете под моей защитой.

Эвелин сохранила хладнокровие.

— А зачем мне она?

— Разве известному адвокату по уголовным делам не нужна всегда хоть какая-то защита?

— А если я откажусь и, соответственно, под вашей защитой не окажусь? — спросила она.

— Что это значит, решайте сами.

Он взглянул на наручные часы и поднялся.

— Даю вам три часа на размышление. Потом мне нужен ответ.

Эвелин тоже встала.

— Благодарю, время мне не понадобится, и без вашей защиты я с удовольствием обойдусь. К тому же я, как уже сказано, с сегодняшнего дня в отпуске.

Ещё один веский довод против она вслух не произнесла.

То, что полиция задержала подозреваемого и поместила его в СИЗО, вовсе не означает, что полиция не отрабатывает и другие версии, — размышляла она. Слишком часто убийства совершаются членами семьи — и вполне возможно, что Камаль Касем сам числится среди подозреваемых. А теперь обращается ко мне, рассчитывая, быть может, замести собственные следы.

— Это ваше последнее слово? — спросил Касем.

Она кивнула.

— Даже если я предложу вам тридцать тыс…

— Нет.

— Жаль. Прощайте.

Он кивнул своим лакеям, и они, не произнеся больше ни слова, вышли из конторы вслед за ним.

Когда дверь захлопнулась, Фло тоже поднялся и шумно выдохнул.

— Уф… странное предложеньице.

Дверь ванной распахнулась, и в переговорную вышел Пуласки.

— Если бы я не приехал в Вену и мы не запланировали этот отпуск, вы бы, наверное, взялись за дело, верно?

Эвелин промолчала, и Фло улыбнулся.

— Ну хотя бы подумала бы об этом, признайся?

— Да, возможно. Но раз уж всё иначе — давайте уходить, — предложила Эвелин, — пока не нагрянул следующий клиент.

В этот момент зазвонил городской телефон. Эвелин подхватила пиджак.

— Я не подойду. — Она посмотрела на Фло. — И ты тоже.

Включился автоответчик; запись с приветствием отзвучала, раздался гудок, и молодой мужской голос откашлялся.

— Госпожа доктор Майерс? Я хотел бы поговорить с вами по срочному делу… Меня зовут Мартин Килиан.

 

 

 

СПРАВКА ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

 

СИЗО — следственный изолятор; в Австрии аналог называется Untersuchungshaft (U-Haft) — место содержания подозреваемых до суда.

Кри́па (уголовка) — разговорное от Kriminalpolizei, уголовная полиция.

«Profil» — известный австрийский общественно-политический еженедельник, выходящий в Вене с 1970 года.

Шёнбрунн — бывшая летняя императорская резиденция Габсбургов в Вене, ныне дворцово-парковый комплекс и объект ЮНЕСКО; в одном из флигелей действительно расположены апартаменты класса «люкс», сдающиеся для проживания.

Эр-Рияд — столица Саудовской Аравии.

Пёрхтольдсдорф — небольшой винодельческий городок к югу от Вены, на границе с землёй Нижняя Австрия; Поттендорф, который путает Касем, — другой нижнеавстрийский населённый пункт, расположенный значительно дальше от столицы.

Гранд-сюит (фр. grande suite) — высшая категория гостиничных апартаментов.

 

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

 

 

ГЛАВА 4

 

Эвелин стояла у телефона и недоверчиво смотрела на автоответчик. В голосе молодого человека — в общем-то приятном — отчётливо слышались напряжение и едва сдерживаемая паника.

— Мне действительно очень нужно с вами поговорить… — произнёс Килиан. — Я прослушал ваше сообщение и понимаю, что пятница в разгаре, но, может быть, вы ещё в конторе…

Он осёкся, и Эвелин уловила его тяжёлое, прерывистое дыхание.

Она подняла глаза на Пуласки и слегка качнула головой.

— Да возьмите же трубку! — не выдержал тот.

— Я в отпуске.