— Маюша, ты сегодня что-то растерянная, — говорит Люда, девочка, с которой мы работаем в паре. — Головной убор оставила в раздевалке. Старшая увидит — всыплет. Ей только дай повод штраф выписать, сама знаешь.

Точно!

— Ой, Люда, спасибо! — забираю у неё свой козырёк, поправляю волосы, пригладив ладонями, и надеваю ободок с козырьком в цветах сети. Штрафов мне точно не хватало ещё. Теперь вот нужно ещё на платье на свадьбу денег выкроить.

Я возвращаюсь к своей тележке возле полок и жду чуть в стороне, пока парень, что выбирает творог, отойдёт к другой дверце. Пока пересматриваю наименования йогуртов, чтобы записать, каких мало на полках, и потом довезти пополнение со склада.

— Наконец, нормальный творог, а не то сливочное говно, — бормочет парень, разглядывая полки, а у меня внезапно губы немеют, потому что голос этот мне очень знаком!

Это Герман! Здесь!

Я резко отворачиваюсь так, чтобы встать к нему спиной, и он меня не заметил, точнее не узнал, потому что когда кто-то стоит буквально в полутора метрах, не заметить очень непросто.

В животе всё поджимается, и под ложечкой начинает болезненно сосать. Я замечаю взгляд Люды, полный недоумения, а потом она, натянув мягкую улыбку, подходит к Герману.

— Вам что-то подсказать? — щебечет, вытянувшись в струнку, хотя в обязанности работников зала не входит консультирование покупателей. Мы можем ответить на вопрос или сориентировать по расположению товаров, если попросят, но первыми никогда не подходим, у нас другие задачи.

— Спасибо, я уже, — отвечает Герман, и я чувствую, как от его голоса по плечам прокатываются мурашки. — Полгода нормальный творог не ел, оказывается во Франции или сыры, или какие-то йогуртовые десерты.

— Вы вернулись из Франции? — Люда от восторга, кажется, вот-вот в обморок рухнет.

— На свадьбу друга прилетел.

Вот как, значит, во Франции он теперь. Что ж, круто.

Слушать их болтовню у меня нет ни желания, ни сил, поэтому я беру свою тележку и, стараясь не засветить лицо, ухожу в противоположном направлении.

Ох, что-то я уже не настолько уверена, что свадьба Анжелики дастся мне легко.

___________

Друзья, очень жду вас в комментариях! Расскажите, чего ожидаете от второй части? Какие эмоции ждёте?)

3

Герман

Дома даже воздух другой. Охрененно так. Никогда не любил заграницу, откровенно говоря. Разница менталитетов — это пиздец какая напрягающая вещь.

Дома не был каких-то полгода, а ощущение, что половину жизни.

Я загружаю в холодильник продукты и, стащив футболку, иду в душ, запустив оба кондиционера. Жара стоит невероятная.

Защиту диплома в индивидуальном порядке из-за международной практики перенесли на начало октября на заседание осенней ГЭК, как и ещё нескольких студентов моего курса. И я бы и пробыл во Франции до самого октября, потому что мама только-только нормально вернулась к жизни, но появился повод.

Такой, от которого я охренел, когда Вяземский мне позвонил и пригласил на свою свадьбу. Ещё и с кем! С самкой каракала.

Признаться, я думал, что после того, что она выкинула, он её просто пристрелит и закопает где-нибудь в посадке, но Кир удивил. Значит, зацепила. Значит, важна ему.

Ну а раз так, то я уважаю его решение и больше в её сторону и слова не скажу, хотя, уверен, раздражение коза будет вызывать у меня не меньше, чем раньше.

После душа быстро жарю три яйца и посыпаю сыром и зеленью. После перелёта дико хочется спать, но некогда разлёживаться. Кир пригласил меня свидетелем быть, то есть надо костюм купить поехать, туфли, наверное, придумать какие-то приколы и организовать мальчишник — свадьба уже через неделю, а точнее, через шесть дней.

Ещё хочу встретиться с тренером, пообщаться хочется, и сгонять в универ к методисту, сдать документы по практике и взять допуск к защите.

И половины съесть не успеваю, как звонит телефон. Аппетит портится мгновенно, потому что вижу на экране имя отца. Ничего блевотнее быть не может.

— Ты охренел, дятел? — рычит в трубку, едва принимаю звонок.

— Звонишь поздравить с возвращением, папа?

— У тебя совсем мозги выветрились, Герман? Какого чёрта ты свалил из Франции?

— Мы условились про полгода, отец. Прошло восемь месяцев.

— Да! Но разве ты не знаком с корпоративной этикой? Нельзя просто взять и уехать!

— Я позвонил и предупредил.

— У тебя сегодня должен был быть деловой ужин!

От делового там было ровно ничего, просто ещё одна попытка впарить мне Эллу. Причём теперь в этом принимают участие не только её отец, но и она сама.

— У меня нашлись дела поважнее здесь. Извини, отец, но я свою часть сделки выполнил. А теперь у меня дела.