– А есть кто-то, кто опаздывает к императору? – поразилась я. Раньше никогда об этом не думала с такой точки зрения.

– Павильонов около площади около пятидесяти. Для высшей знати. Остальные стоят толпой около ворот и, соответственно, приходят позже. Некоторые могут не уследить за временем и опоздать.

– И что с ними потом случается? – осторожно спросила я.

– Ничего. Император следит только за высшей знатью, опоздания остальных и то, в каком порядке они идут, ему все равно, лишь бы поток побыстрее закончился.

– Зачем тогда все это? Пусть приходили бы девушки только из высшей знати, – недоуменно заметила я.

– Традиции, – усмехнулся отец и, покосившись на мой внешний вид, подколол: – Ты же сама сегодня выбрала очень традиционный, закрытый и, можно сказать, аскетичный наряд.

Платье у меня действительно было закрытое. Прямого кроя, белое, с традиционной вышивкой… Но аскетичное? Это папа преувеличил. Ткань была легкая, нежная, прозрачная, в несколько слоев, и играла от легкого дуновения ветерка. Вся серебрилась на солнце. Сегодня было пасмурно, но даже при таком освещении эффект сохранялся.

Волосы я заплела в длинную косу, но за счет темно-малинового цвета и ярко-синих глаз – отличительная черта Вейлинов – даже без дополнительной краски на лице я выглядела ярко, но элегантно.

Дверь в павильон открылась, и зашел слуга.

– Господа, пойдемте.

Видимо, мероприятие началось. А еще очень удачно солнце начало пробиваться сквозь тучи, усиливая эффект моего искрящегося белого платья. Мы шли за слугой, петляя в лабиринте из строений, пока не попали на большую площадь. Это случилось так неожиданно, что я аж сбилась с шага.

– Сиан Вейлин, глава рода Вейлин, и его дочь Сиэль Вейлин! – разнеслось над площадью, и в нашу сторону все слаженно повернули головы.

Отец двинулся вперед первым, следом, через несколько секунд, отправилась и я.

Так, нужно держать лицо. Я сама невозмутимость.

А сердце между тем быстро-быстро стучалось в груди. Смотрела я перед собой, а хотелось – на императорский помост, где должны были сидеть на тронах император и императрица, а принцы – стоять рядом с ними. Где должен был находиться и второй принц.

Но вместо этого я, сглотнув, продолжила плавно шагать в сторону их величеств.

Вот остановился отец, склонился в поклоне. Руки сложены за спиной – жест повиновения и беззащитности. При нем легко лишиться головы. Обычно даже при дворе люди просто кланялись, игнорируя традицию. В прошлой жизни я проигнорировала и в итоге пожалела. И сейчас нужно сделать все правильно.

Вот отец отошел в сторону, вперед выступила я. Руки сложились за спиной, и я склонилась.

– Приветствую, ваши величества, – голос мой прозвучал неестественно громко над притихшей площадью, полной народа.

Поглазеть пришли.

– Приветствие принято, – ответил император, и я выпрямилась, глядя на венценосную чету. Скосить взгляд и посмотреть на принцев я не могла.

– Мы рады видеть наследницу рода Вейлин, – промолвила императрица.

И когда я уже начала поворачиваться, чтобы встать с отцом, она добавила:

– Приглашаю вас на празднование дня рождения второго принца. Будем рады видеть.

– Благодарю за оказанную честь, – снова склонилась я и наконец смогла подойти к отцу.

Тот покосился на меня и хотел что-то сказать, но передумал. А я выдохнула, осознав, что на сегодня все закончилось. И я смогла изменить свое прошлое. В прошлый раз императрица меня лично не приглашала. Приглашение на мероприятие получил отец, и то в последний момент, так как родителя лишили монополии, и он впал в немилость.

Как бы между прочим осматривая площадь, пока другие подходили к императорской чете, я смогла перевести взгляд на помост. Первый и второй принцы стояли около отца. Третий и четвертый – рядом с матерью.

Я сразу его узнала. Сердце пропустило удар.

Он и изменился, и нет. Стал еще выше, шире в плечах, сильнее, мужественнее. Его черный наряд лишь подчеркивал фигуру, закаленную в боях. Светлые волосы были собраны сзади в хвост. Желтые глаза с вертикальным зрачком – признак драконьей крови и магии огня – взирали на окружающих пристально, цепко. Я смотрела на него и не могла отвести взгляд, хотя знала, что это неприлично, что могут заметить. И все равно не могла.

В голове мелькнуло: каково это – стоять рядом с ним? Говорить о пустяках? Смотреть в эти глаза не издалека, а вблизи?

Со вздохом я отвела взгляд. Мог ли этот мужчина испытывать ко мне что-то кроме благодарности? Испытывает ли сейчас? Или я хотя бы смогу привлечь его в будущем? Вопросы, на которые у меня не было ответов.

Снова скользнув взглядом по помосту, я заметила, что Рейнар о чем-то говорил с отцом, и наткнулась на насмешливые взгляды остальных принцев. Они знают обо мне. В семье обо мне говорили. Раньше или накануне, но для императорской семьи я не одна из многих дочерей знати. Наверняка они знают и про то, что я помогла принцу. У них свои мысли на мой счет. На наш счет. И я не знаю, какие.