— Она сейчас занята, но я могу передать ей сообщение, — сказал Трейс, когда я так и не вышла.

— У меня нет никакого сообщения. Нам просто нужно поговорить тет-а-тет. Тогда лучше встретимся в другом месте в другое время. Я всё организую.

Угроза, читавшаяся между строк, вывела меня из ступора.

Какого чёрта я творю? Я ведь играю ему на руку, дразню хищника, кормлю его внутреннего демона. Всё это не поможет вернуть его чувства.

Слова Габриэля прозвучали в моей голове, и это было подобно ушату ледяной воды. Я должна помочь ему вспомнить его чувства, использовать против него всевозможные эмоции. Страх. Злость. Любовь.

Ревность…

План сформировался сам собой. Я расправила плечи и встала рядом с Трейсом, обняв его за талию и позволив его руке лечь на моё плечо.

— Что ты хотел, Доминик? Я занята.

Чернильно-чёрный взгляд Доминика тут же обратил внимание на мою руку, прежде чем вернуться к моим глазам.

— Как мило, прям-таки настоящая идиллия.

Я постаралась придать своему лицу скучающий вид.

— Можешь оставить нас на минутку? — обратился Доминик к Трейсу, не сводя глаз с меня.

— Он никуда не пойдёт, — решительно заявила я. — Что бы ты ни хотел сказать мне, ты можешь сказать при Трейсе.

— Понятно. — Что-то промелькнуло в его тёмных глазах, но пропало так быстро, что я не успела разобраться. — Ты пропустила наше свидание.

— Ах, точно, свидание. Прости, пожалуйста. Совершенно вылетело из головы, — разыграла я смущение, давая понять, что его внушение не сработало. Это, конечно, не совсем так, но ему вовсе необязательно знать, через какой ад я прошла сегодня.

— Вылетело из головы? — повторил он, как будто пытаясь распробовать слова на языке. — Как интересно.

Его глаза вспыхнули любопытством, и это пламя грозило поглотить меня целиком.

Осмелев, я продолжила:

— В свою защиту скажу, что я была увлечена кое-чем другим. — Я подмигнула ему, надеясь, что это заденет его. Хотя бы немного. — Верно, Трейс? — спросила я и подняла глаза на него. Он смотрел на меня со смесью весёлого удивления и восхищения. Он наслаждался каждой секундой моего маленького представления.

Он кивнул. Его глаза порочно блестели.

— Именно так.

Щека Доминика дёрнулась. Я поняла, что двигаюсь в верном направлений. Пусть из-за выключенных эмоций он не испытывает любви ко мне, но всё же он остаётся мужчиной, а мужчины хотят побеждать всегда и везде. Доминик же сейчас проигрывал сопернику, и это явно его раздражало.

Я так обрадовалась успеху, что мозг совсем отключился: я приподнялась на носочках и поцеловала Трейса в губы. Это должен был быть короткий чмок, чисто назло Доминику, но Трейс запустил пальцы в мои волосы и притянул меня ближе, отвечая на поцелуй с куда большим пылом, чем требовалось для поддержания нашего фарса.

Рой бабочек закружил в моём животе, кровь разогналась по венам. Впившись ногтями в футболку Трейса, я прижималась к его горячему телу и пылающему рту. Сладкая дрожь охватила меня прямо здесь, в прихожей.

Доминик прочистил горло, и этот звук вывел меня из транса. Я тут же отстранилась от Трейса, вспомнив, кто я и что делаю. Яркий румянец расползся по моим щекам. Я с трудом оторвала взгляд от горящих глаз Трейса.

— Туше, ангел. — Уголки губ Доминика изогнулись вверх, и бабочки в моём животе упали замертво. — Я тебя недооценил. Похоже, из тебя может выйти достойный противник.

Он вальяжно пошёл спиной вперёд, отдаляясь от дома, но не сводя с меня глаз, будто увидел желанный приз.

Чёрт. Ничего хорошего это не предвещает.

Чувствуя, что мой собственный план ударил по мне рикошетом, я сделала смелый шаг через порог на крыльцо.

— На твоём месте я бы отправилась домой и хорошенько поразмыслила над тем, чтобы сдаться, пока не поздно.

Он остановился.

— С чего вдруг мне сдаваться, ангел?

Холодок вновь пробрал до самых костей. Я обхватила себя руками.

— Потому что ты начинаешь меня бесить, а мне не нужен лишний повод прекратить твоё жалкое существование.

— Да ты что? — Его ухмылка стала шире. — Думаешь, сможешь, любовь моя?

Прямо сейчас, наверное, нет, но с каждой секундой мне всё сложнее спускать ему это с рук.

— Продолжишь провоцировать меня — узнаешь.

Мой голос звучал ровно и холодно. Честно говоря, я надеялась, что моего предупреждения окажется достаточно, чтобы он залёг на дно, а то и вовсе уехал подальше от меня и Холлоу Хиллс. И ради его блага, и ради моего. Но глубоко внутри я понимала, что он этого не сделает.

О нет, он ещё не наигрался.

Он только начал.

— Ты бросаешь мне вызов? — уточнил он. В его тёмных глазах не было ничего, кроме теней. Вмиг он оказался передо мной, за один лишь удар сердца, и склонился к моему уху, чтобы прошептать: — Потому что это очень похоже на вызов.