– Вот сюда. – Я неопределенно показала себе на шею, но сама не знала, куда именно. Мне хотелось, чтобы он целовал меня всю. Мне стало жарко, кровь вскипела, а кожа пылала огнем. Губы у него были мягкие. Очень, очень, очень мягкие.

– М-м-м… – он замурчал, вдыхая запах у шеи. – Ты пахнешь вкусно, и сама такая вкусная.

Он меня поднял, положив мои ноги себе на пояс, а я руками обхватила его за шею. Он посадил меня на стойку, не отрывая губ от моей кожи. Он был так близко.

– Калеб, поцелуй меня… в губы.

Он одарил меня обжигающим поцелуем и отстранился.

– Позволь мне сделать тебе приятное. – Его руки поглаживали мои бедра. – Я так хочу заняться с тобою любовью, Алая. Я только об этом и думаю.

Меня словно с головы до пят окатило ледяной водой. Я схватила его за руки, чтобы остановить его…

– Калеб, остановись. Пожалуйста, подожди.

Он шумно дышал, точнее, мы оба, но все же остановился сразу же, как только я его попросила.

– Калеб, я не могу. Я… я не готова.

Он снова прижался лбом к моему лбу, прикрыв глаза.

– Ничего, – ответил он задыхаясь. – Мы не будем торопиться.

– Я имею в виду… я не знаю, смогу ли я. Калеб, я…

– Я не стану тебя заставлять. Все будет зависеть от тебя. Обещаю.

Я кивнула. Интересно, что бы он подумал, если бы я рассказала, что я – девственница. Некоторые парни боятся слова на «Д» и отказываются спать с девушками, если у них нет никакого опыта. Другим нравится лишать девственности. Остальные за это уважают. Потому… мне стало любопытно, к какой категории отнесет себя Калеб.

– Я – девственница. – Ну, вот. Я сказала.

Его рот раскрылся от удивления, он даже немного отстранился.

– Что?

– Я – девственница, – повторила я.

Он прикрыл рот. Потом открыл и снова закрыл. Он выдохнул, руки опустились на стойку по бокам от меня, глаза поднялись ко мне.

И тут его улыбка превратилась в хищную ухмылку альфа-самца.

– Господи. Ты себе не представляешь, как меня только что осчастливила. Как я сейчас тобой горжусь. Я подожду, детка.

Калеб… Как я вообще сумела ему рассказать о своих эмоциональных травмах? Не знаю, сколько времени у меня займут попытки научиться доверять ему настолько, чтобы быть готовой к…

– Что? – Его улыбка сникла, когда я не ответила. – Ты не… – Он замолчал, опустил взгляд и вздохнул, а потом снова посмотрел мне в лицо. Этот взгляд меня пронзил. – Я знаю, что ты хочешь заняться со мною любовью. Я чувствую. Но раз ты не готова, значит, не готова. Вот и все.

Он поцеловал меня в губы.

– Я не стану тебя торопить, Алая, – прошептал он, придвигаясь ближе. Я прижалась щекой к его груди. Его сердце быстро билось.

– Кроме того, есть и другие вещи, которыми мы можем заняться, – добавил он игриво. – Прости, если напугал. Знаю, у меня язык без костей, но я стараюсь, как могу. Когда-нибудь я за это поплачусь.

Он помолчал, потом добавил:

– Несмотря на всеобщее мнение, я не идеален.

Я засмеялась и укусила его в грудь.

– Да уж.

– Ай. А ты темпераментная. Я такое люблю, – пробормотал он, потирая укус. Я ахнула, когда он сказал «люблю».

Еще рано так говорить, Калеб. Я не готова такое услышать.

Скажи, Калеб, я хочу это услышать.

Я задержала дыхание.

Он посмотрел на меня так, будто знал, о чем я думаю. Он понимающе улыбнулся и прошептал:

– Тебя стоит ждать, Алая. Я знаю.

Глава 21

Вероника

Чуть погодя я решила лечь спать пораньше и уже улеглась с книжкой в руках, как услышала стук в дверь спальни.

– Алая?

– Заходи, Калеб.

Он наполовину открыл дверь и просунул в проем голову.

– Ну, раз уж ты сбежала, как гепард-героинщик, не видать мне ужина, – поддразнил меня Калеб, очаровательно улыбаясь. Он распахнул дверь настежь и зашел.

Он только что вышел из душа и вытирал волосы полотенцем. Он был босиком и без футболки. На груди блестели капли. Мои глаза опустились на плоский живот, а потом еще ниже, к V-образной линии, исчезающей в джинсах. Верхняя пуговица осталась расстегнутой. Во рту стало сухо. Я отвела взгляд, ощущая, как к шее приливает жар. Я чувствовала, что краснею. И видела, что он улыбается. Скорее всего, он специально не стал одеваться полностью.

– Я проголодался, – сказал он. Но сказал он это ненасытным тоном, как будто он что-то хотел обглодать… и, заглянув ему в глаза, я поняла.

Он жаждал меня. Боже мой.

– Ты… – мой голос прозвучал хрипло, и я откашлялась. – Хочешь, я тебе что-нибудь приготовлю?

Мой желудок заурчал, и я поняла, что тоже хочу есть.

Он глубоко вздохнул.

– Пора отсюда уходить, пока я не съел… кое-кого. – У меня отвисла челюсть, и наверняка можно было сказать, что лицо мое побагровело. Он прикусил губу и ухмыльнулся.

– Может, съездим куда-нибудь, поужинаем? Завтра выходной, можно допоздна не спать. – Он подмигнул. – Надень платье, Алая.