— С мамой всё в порядке, не то чтобы тебя это волновало, — я поморщилась. Теперь, когда Люк уже переступил порог, его страх снова быть отвергнутым вышел на первый план и выглядел как враждебность. Это не помогало. — И Джонатан замечательный, — продолжил он. — Он был отличным отцом для меня все эти годы.

Марк ответил тихо.

— Я знал, что так и будет. Я знал, что с тобой всегда всё будет в порядке.

Люк зарычал.

— Ты не мог этого знать.

В воздухе повисла тишина. Я выглянула из-за угла. Они были похожи на пару нервных уличных котов, которые смотрели друг на друга и не знали, то ли им следует разойтись, то ли начать выцарапывать друг другу глаза. Они были так похожи друг на друга, что это казалось сверхъестественным. Насколько я могла судить, они оба были напуганы.

— Я не знаю, зачем ты пришёл сюда, сынок. У меня нет денег. Я тебе не отец. Не по-настоящему.

— Мне не нужны твои грёбаные деньги. И я знаю, что ты мне не отец. Чтобы стать настоящим отцом, нужно нечто большее, чем удачный перепихон.

— Так чего ты хочешь?

Люк прерывисто вздохнул.

— Тебе было до меня дело? — спросил он. — Я когда-нибудь был тебе небезразличен?

Марк отвёл взгляд.

— Нет, — сказал он. — Я никогда не хотел тебя. Мне было всё равно.

Он был ужасным лжецом. Однако Люк был не в том положении, чтобы это видеть.

— Хорошо! — Люк зарычал, как по команде. — Я пришёл сюда только для того, чтобы сказать тебе, что ты дерьмо, и я рад, что не знаю тебя.

Я закатила глаза, оставила чай и направилась к этой нелепой парочке. Честное слово. Некоторым людям просто нужна была чертовски хорошая встряска.

Я ткнула Люка пальцем в плечо.

— Этот мальчик искал тебя несколько месяцев. Он отчаянно хочет узнать тебя как человека, несмотря на то, что произошло в прошлом, — я повернулась к Марку и ткнула его пальцем. — Пятнадцать лет назад ты провалился как отец. Это не значит, что ты должен провалиться и сейчас. Если ты не хочешь иметь ничего общего со своим сыном, то самое лучшее, что можно сделать — это сказать об этом сейчас, и Люк сможет жить дальше. Но будь чертовски уверен, что ты хочешь именно этого. Другого шанса у тебя не будет.

Марк уставился на меня. Его руки сжались, а челюсть задвигалась. Но он не произнёс ни единого слова.

— Ну, тогда иди нах*й, — сказал Люк. Он отвернулся, когда глаза Марка наполнились слезами.

— Подожди, — сказала я, прошла мимо Марка, протянула руку мимо стула, стоявшего позади него, и подняла маленький деревянный сундучок, который там лежал. — Вот, Люк.

Марк не протестовал, хотя его лицо исказилось от страха, когда я передала шкатулку его сыну. Люк открыл её и уставился на содержимое. Я протянула руку мимо него и взяла клочок бумаги с моим номером телефона, скомкав его в руке. Люк едва заметил это.

— Это…

Марк засунул руки в карманы.

— Прядь твоих волос.

Люк вытащил маленького потёртого плюшевого кролика.

— Мистер Флоппи. Я подумал, что он потерялся.

Я сжала кулаки от восторга. Не зная точно, что было внутри сундучка, я решила рискнуть. Однако, когда Марк Каунтман не выбросил мой номер телефона, а бросила его в ту шкатулку, я поняла, что, что бы там ни было ещё, это имело отношение к Люку, к добру это или к худу. Как оказалось, это определённо было к лучшему.

— Это письма, — удивлённо произнёс Люк. — Они все адресованы мне.

— Я написал их. Я не отправлял их, — сказал Марк хриплым голосом. — У тебя была новая семья. Я был тебе не нужен. И, как сказала твоя девушка, я уже подвёл тебя однажды, уйдя. Мне не следовало этого делать. Я был молод, эгоистичен и думал, что мне не нужна семья, — по его щеке скатилась одинокая слезинка. — Это была самая большая ошибка, которую я когда-либо совершал.

Я отступила назад, бочком выходя из комнаты. Люк во мне больше не нуждался. Как и его отец. Всё могло бы сложиться совсем по-другому. Возможно, так и будет в будущем. Но я подвела их к этому моменту. Этого достаточно. То, что произойдёт дальше, будет зависеть только от них. Кроме того, как только они перестанут обниматься и Люк скажет своему отцу, что я вовсе не его девушка, всё станет очень проблематичным. Определённо, пришло время возвращаться в офис. Как бы то ни было, магия Метафоры уже увлекала меня — и на этот раз я знала, что это произошло потому, что я действительно преуспела.

***

Я всё ещё сияла, когда вошла в суматоху в офисе крёстных фей. Билли взглянул на меня с другого конца комнаты. Я подмигнула ему, и он, казалось, расслабился. Я не держала на него зла за все те мелкие санкции, которые на меня обрушились. Моё будущее выглядело слишком светлым и радужным, чтобы расстраиваться из-за чего-либо подобного. Даже перспектива новых неприятностей от оставшихся троллей не могла омрачить мою радость. Я чувствовала, что становлюсь настоящей крёстной феей. Два желания исполнены. Впереди ещё много всего.

Алисия проскользнула мимо меня.

— У тебя на столе какие-то сорняки, — фыркнула она. — Тебе следует побыстрее избавиться от них. Некоторые из нас страдают сенной лихорадкой.