— Намекнуть косвенно? Черкнуть ему, что я пока повременю со сливом координат Зангвилла Церкви… Держу пари, он мигом смекнет: раз уж я торможу, значит, дело пахнет гарью и требует параноидальной, ювелирной осторожности. А даже если сам не допетрит, в его подпольной ложе наверняка найдутся мастодонты, собаку съевшие на секретах Четвертой Эпохи, которые всё ему растолкуют.

— Вдобавок вверну эдакую философскую фразу: «Узнаешь о нем — он узнает о тебе». Никаких прямых упоминаний «0–08», лишь расплывчатые местоимения, чтобы Клейн сам докопался до сути…

Паллес Сороастр, молча выслушав этот монолог, глухо усмехнулся:

— Вот видишь. Стоит лишь припереть человека к стенке, как он мигом начинает взрослеть.

Леонард тяжело выдохнул. Резко вскочив с постели, он вооружился бумагой и пером, сноровисто перенося свой гениальный замысел на пергамент.

Покончив с писаниной, поэт обустроил алтарь и призвал того самого диковинного гонца Германа Воробья.

…………

Бушующее море. Срединный остров. На борту пассажирского лайнера, пришвартованного у пирса.

Львиная доля пассажиров даже не подумала сходить на берег. Сбившись в кучу в душных трюмных каютах, они покорно дожидались прибытия на Южный континент, грезя о начале новой, светлой жизни.

Ведь даже жалкие гроши за этот многодневный рейс эти загнанные в угол лоэнские бедолаги наскребали с неимоверным трудом, отчаянно бросаясь в эту авантюру от полнейшей безысходности.

Клейн, безупречно отыгрывающий роль заморского толстосума Дуэйна Дантеса, разительно выделялся на их фоне. Расположившись в просторной, вылизанной до блеска каюте первого класса, он в неровном свете свечи вскрыл депешу, только что доставленную Рейнетт Тинекер.

«Повременить со сливом маршрута Инса Зангвилла Церкви… Для Леонарда, конечно, сомнительный источник этих сводок таит в себе долю риска, но не настолько фатального, чтобы бить по тормозам… В конце концов, разве он пополнил ряды „Красных перчаток“ не ради этой самой вендетты? Стало быть, у него имеется куда более веская, железобетонная причина не давать ход этому делу прямо сейчас…» — лихорадочно выстраивая эти логические цепочки, Клейн перевел взор на последние строки письма: «Узнаешь о нем — он узнает о тебе».

Внезапно юноша изумленно ахнул. Эта туманная формулировка показалась ему до боли знакомой!

«Слишком уж смахивает на повадки Ордена Сумеречных Отшельников: „Всё, что будет сказано, неминуемо будет услышано“… Значит, проклятое „0–08“ — это реликвия Пути „Зрителя“? И Леонард придерживает коней именно из-за этой леденящей душу особенности, выжидая идеальный момент для удара? Эту мысль ему стопроцентно подкинул тот древний „дедуля“ в его голове…» — глубокомысленно кивнув, Клейн невольно вознес хвалу небесам за то, что благоразумно не стал просить Рейнетт Тинекер о прямой силовой поддержке.

Для госпожи посланницы подобная авантюра таила бы в себе не меньшую, фатальную угрозу.

«К тому же, главная беда в том, что мой собственный арсенал еще не готов к бою. Вздумай я слепо полагаться лишь на наемных клинков, проклятый артефакт „0–08“ мигом раскусил бы подвох, соткал череду изощренных случайностей и выстроил бы для нас смертоносный капкан…» — Клейн беззвучно, с тяжелым сердцем вздохнул. Юноша физически ощущал жгучую потребность действовать, вот только с какой стороны подступиться к этой стене — решительно не представлял.

Если рассуждать сугубо с позиции наращивания собственной мощи, то добыча нужных материалов с демонического трикстера и хищника из мира духов всецело завязана на грядущих просьбах Вождя Города Серебра. Да еще и на том, как скоро мисс «Фокусник» соизволит выудить у своего наставника точные координаты. Как ни крути, всё это — сугубо внешние факторы, и ускорить процесс одним лишь голым желанием попросту немыслимо.

Единственное, что оставалось в его безраздельной власти — это в кратчайшие сроки переварить эликсир «Марионеточника» без остатка.

А учитывая, что незыблемый свод правил «отыгрыша» был уже практически выкристаллизован, на первый план выходила реальная, кровавая практика.

Именно поэтому юноша постановил: ему кровь из носу необходимо в самое ближайшее время раздобыть себе двух кукол!

До сих пор он всячески оттягивал этот момент банально из-за отсутствия подходящих мишеней. К тому же, в Баклунде, будучи круглосуточно окруженным целой сворой прислуги, прятать заурядного болванчика было задачей практически невыполнимой. Но теперь, на пороге Южного континента, ситуация в корне менялась. Сыщик твердо решил: плевать на всё, стоит лишь наткнуться на отъявленного мерзавца, по которому давно плачет виселица — он без малейших колебаний пустит его в расход, обратив в марионетку! А подвернется дичь покрупнее да поколоритнее — всегда можно будет произвести замену.