– Я тут подумал, может, сегодня неплохо бы съездить в Хауорт в дом пастора. Беда в том, что я не знаю, как туда добраться.

– Это просто. На станции в деревне сядете на поезд. До Хауорта ехать всего минут десять, дорога красивая. Если поторопитесь, успеете на десятичасовой поезд, – сообщила миссис Томпсон.

– Здорово. А нельзя ли попросить Лию в качестве гида? Она, похоже, большой специалист по сестрам Бронте, а мне бы не хотелось ничего упустить.

Миссис Томпсон нахмурилась.

– Ну не знаю, мистер Бретт. Нам нужно перестелить постели наверху и…

– Мама, пожалуйста, ты ведь знаешь, как я люблю Хауорт, – заговорила Лия, умоляюще смотря на мать.

Миссис Томпсон подумала о том, как усердно работала дочь последние пару недель. Девочка была трудолюбивой и заслуживала награды.

– Хорошо, дочка. Но к четырем возвращайся, чтобы приготовить отцу чай. У тебя найдутся деньги на билет?

– Не беспокойтесь, миссис Томпсон. Плачу я, ведь это я попросил Лию поехать со мной.

– Есть, мама. Спасибо.

У Лии заблестели глаза.

– Тогда поторопитесь, если хотите попасть на десятичасовой поезд.

Через несколько минут они уже спешили вниз по холму к деревне. Теперь, оставшись с Лией наедине, Бретт окончательно потерял дар речи.

Едва они успели купить билеты в необычной билетной кассе, подъехал поезд. Бретт открыл дверь вагона: тот был полон немецких туристов, но они все же сумели отыскать пару свободных мест.

Он не сводил глаз с прекрасной девушки, сидевшей рядом с ним. Лия смотрела в окно, и он восхищался ее безупречным профилем. Остаток путешествия прошел в полном молчании, и Бретт вдруг понял, что Лия стесняется так же, как и он.

Добравшись до Хауорта, они последовали за толпами туристов и вышли на дорогу, ведущую к центру деревни.

– Сюда, – показала Лия, и Бретт пошел за изящной спутницей, поднимающейся по крутой мощеной Хай-стрит.

По многочисленным сувенирным магазинам сновали туристы.

– Придется постоять в очереди. Посетителей впускают небольшими группами, – пояснила Лия.

Бретт кивнул, понимая, что похож на идиота, который не знает, что сказать. Лия повела его по ступенькам на вершину Хай-стрит и по узкой тропе, к которой слева примыкало кладбище.

– Вот и пришли. Смотри, как тут красиво.

Дом приходского священника гордо и величественно купался в ярких золотистых лучах солнца. Трудно было представить, что в нем произошло немало трагедий.

Очередь оказалась не такой ужасной, как ожидала Лия, и спустя минут десять они стояли в гостиной, глядя на кушетку, где испустила последний вздох Эмили Бронте.

Лия сразу оживилась, водя Бретта из комнаты в комнату и болтая без умолку. Бретт тоже расслабился, задавал Лие вопросы и получал интересные содержательные ответы.

– Трудно поверить, что Шарлотта Бронте была такой миниатюрной. В то платьице влезет только кукла! По сравнению с ней чувствуешь себя каким-то жирафом.

Они стояли перед стеклянной витриной, на которой лежали вещи, которые, как сообщалось, принадлежали знаменитой Шарлотте.

– Уверяю тебя, Лия, на жирафа ты не похожа, – с улыбкой ответил Бретт, а Лия густо покраснела.

Через час они зашли в магазин сувениров, где Бретт купил несколько открыток, чтобы послать одноклассникам.

– Теперь мне хотелось бы угостить своего экскурсовода и источник знаний обедом. Куда бы нам пойти? Ты знаешь хороший ресторанчик?

Лия смутилась. Когда она сюда приезжала, то обычно брала с собой сэндвичи и никогда в жизни не обедала в ресторане.

– М-м, пожалуй, нет.

– Ничего страшного. Давай пройдемся по Хай-стрит, посмотрим, что найдется.

Нашлось кафе «Посошок», где подавали традиционную йоркширскую кухню. Они выбрали столик в дальнем конце переполненного зала и заказали обед. Лия была ужасно счастлива.

– Чем занимается твой отец? – спросил Бретт.

– Ничем. У него артрит, и он совсем не может ходить.

– Прости, Лия, – смутился Бретт.

Лия отмахнулась.

– Все в порядке. Он самый оптимистичный человек из всех, кого я знаю.