(Не зря в этой оригинальной зарисовке были упомянуты именно энергетические крылья как у Белого Императора Драконов, не зря-я-я... К тому же приёмному сыну Одина его кораблик лучше подходит, да.)

Его мощи было также достаточно для уничтожения мира — также как мне и Шиве. Правда, для этого в него должен был кто-то сесть — и даже Верховный Бог бы сгорел в нём прежде, чем разрушил бы планету. Отчего наш индуистский Разрушитель до сих пор не сразился с таким оружием.

В каноне им владел Иссей.

Что-ж...

Теперь его место занял Вали.

Вот только был нюанс. В место пилота в Обожествлении Дракона мой будущий зять банально не помещался — так что пришлось ему менять форму Обожествленная Дракона на более меха-подобную.

Впрочем, на таком уровне существования изменение внешней формы не имело особого значения — она подстраивалась под необходимые параметры на сугубо энергетическом уровне.

А так... Один японец уж очень любил мехов и впихнул их даже в условное фэнтези. Достаточно только глянуть на дизайн брони у носителей Небесных Драконов.

Но всё это было не важно.

Главное, что Вали успел это сделать, активируя Небесный Корабль. Небесный Дракон в Небесном Корабле. Да уж, иронично. И индикатором активации послужили энергетические крылья, вспыхнувшие вместе с чрезвычайно усилившейся аурой носителя Белого Дракона.

Теперь, пока у Вали не кончатся силы, он был почти равен нам с Шивой по огневой мощи.

И недолго думая, мы все в четвером вдарили по вновь восстановившейся до идеального состояние Трихексе.

В полную мощь.

Не сдерживаясь вообще.

— Разрушься. — ладонь Шивы была наставлена на зверя вновь.

— Убийственная Звезда. — в моей руке вспыхнула пылающая Аурой Убийства звезда.

— Погибельное Разрушение. — со всего энергетического тела Люцифера сорвалась Сила Разрушения.

— Апокалиптические Ответорудия. — два орудия Скидбладнира сверкнули белоснежной, сосредоточенной и достигшей нашего уровня влияния энергией Деления.

Этого всего вместе было достаточно, чтобы стереть Луну целиком, превратить спутник Земли в ничто.

Всё это устремилось ровно тот же миг, когда со всех голов Трихексы сорвалось нечто не менее мощное — Пламя Апокалипсиса.

Никто не называл его так вслух, но всё же понимание пришло напрямую в разум.

Это было пламя, что в не меньшей степени разрушает всё, что ещё не уничтожено — ведь понятие Апокалипсиса означает конец всего и вся. Конец всей смерти, конец всего разрушения, конец всего уменьшения. Ведь после Апокалипсиса не будет ничего. Так устоялось, и подобно тому, как Сила Веры усиляет богов, подобно тому, как сны, грёзы и мечтания усиляют Великого Красного, это понятие воплощает и Трихекса.

Наши атаки оказались на пути друг друга.

И к счастью, Трихекса всё-таки оказалась не равна Офис или Великому Красному.

Чуть слабее.

А отсутствие разума гарантировало ужасное КПД и отсутствие усовершенствования чужой силы для более успешного противостояния уже нашей.

И к не меньшему счастью, моя сила несла следы Силы Бесконечности, а сила Вали к тому же несла в себе Силу Грёз.

И вот уже их Пламя Апокалипсиса пожрать не могло никак — эти силы банально принадлежали более сильным существам, не подпадавшим под конец всего сущего в Апокалипсисе.

...И как только эти апокалиптические в своей мощи атаки столкнулись и пришли в реакцию, сфера неопределённого от сосредоточения таких энергией взрыва возникла настолько огромной...

Земная кора на тысячи километров в стороны все — мигом испарилась она.

Обратилась в Ничто.

Из мироздания была стёрта она.

Барьер вокруг Нифльхейма трещал по швам почти что со звуком — которого просто не могло быть в этой ситуации. Не на таких скоростях, не там, где отсутствовало буквально всё и вся.

Если бы не он, половина всей массы малой планеты была бы уничтожена.

Часть остальных существ, помимо нашей четверки — выжили исключительно за счёт заранее подготовленным барьерам Россвайс-Мерлин, совмещенных с таковыми у Фалбиума Асмодея и Вишну. Да и сила Брахмы, а заодно призванные сюда части измерения Бездны от Тартара также участвовали в общем выживании от одних лишь остатков столкнувшихся сил.

Не все выжили, без сомнения, даже с самой совершенной защитой, что могли построить существа этой части мироздания.

Многие погибли.

Но у меня не было особого времени смотреть на то, кто из богов или драконов помер или ранен.

Главное, что парящие над исчезнувшей до горизонта и дальше планетарной корой выжившие атаковали следом за нами, воспользовавшись тем, что Пламя Апокалипсиса нивелировалось.

Почти что вся мощь всех миров обрушилась на Зверя Конца.