Ведь именно здесь материальная реальность была ближе всего к тому, по сути, искусственному миру, в котором Он запечатал Зверя Апокалипсиса. И именно здесь стояла лаборатория, посреди которой образовался стабильный проход в узилище Трихексы — и именно возле него стоял его соратник.

— Всё так... — слегка улыбнулся дракон в облике юноши. — Я пошёл не в сторону прямого контроля — он невозможен в принципе, а... Опосредованного. Как вы знаете, принц, Оно не имеет разума, и для абсолютного оружия разрушения это только плюс, ведь будет менее уязвимым к любой ментальной магии — ведь нельзя воздействовать на то, чего нет... По крайней мере стандартными методами, а нестандартные требуют времени, которое Оно точно не даст.

— Слушаю тебя... — с нотками предвкушения отозвался подавшийся вперёд сын Дьявола.

— Так вот... Я и подумал, если нет разума... Почему нам этот разум не создать? Вернее, не связать её тело с чьим-то разумом? Это, безусловно, подвергнет его разрушению — но вполне можно заменять. И чем сильнее личность, тем лучше. — с блеском в золотых глазах с вытянутыми зрачками произнёс древний дракон. — Но нюанс в том, что такая личность должна быть лояльна вам. Если такой кандидат у вас есть, то можем приступать прямо сейчас...

— Хм... — изначальной идеей у Люцифера было использование самого Апофиса, но тот пока не передал знания о том, как создавать разум для Зверя, а значит должен жить. Значит... Взгляд Ризевима упал на Евклида. — Евклид из семьи Люцифугов, что всегда верно служила Люциферу. Готов ли ты преподнести мне свою ценную и самую важную жертву?

— Да, мой принц... У меня забрали всё... Всё что должно мне принадлежать... Мою организацию... Моё место в Аду... Но главное, они забрали у меня сестру! Её тело... Её разум... Её девственность, всё должно было принадлежать мне!* А значит, я заберу всё, что должно принадлежать им! Я сделаю это! — ни секунды не раздумывая, отозвался ещё больше поехавший крышей мальчишка.

* — да, Эвклид Люцифуг в каноне настолько двинутый придурок.

Апофис лишь коротко кивнул, приступив к действу.

Эвклид был вмиг притянут ближе, а в его грудь вошла ощетинившаяся когтями рука древнего дракона. Глаза демона закатились в тот же миг, а под ногами вспыхнул Магический Круг, состоящий из тысяч и тысяч более мелких, что подобно пикселям, составляли общий.

И недолго думая, другой рукой египетский дракон оторвал голову Евклида, заставляя его душу перетечь из тела непосредственно в мозг — обычно это было невозможно, но две тысячи лет изысканий Апофиса не прошли зря, как и знания демонов да Сефирота Грааля.

Несколько десятков секунд спустя белобрысая голова младшего брата Грейфии стала покрываться демоническими символами, скандинавскими рунами и азиатскими иероглифами.

— Без Ажи Дахаки сложно... — с проступившим на лице потом выдохнул Апофис. — Поэтому некоторое время после пробуждения... Ему предстоит побуянить, прежде чем душа и разум Эвклида смогут взять частичный, а потом и полный контроль... Так что подготовьте телепортацию отсюда немедля, принц. Коцит и эта часть Подземного Мира будут уничтожены сразу после пробуждения.

— Хм... Хорошо. — слегка кивнул Ризевим, вытягивая ладонь и создавая большой телепортационный круг под ними обоими, но не активируя его.

Прошло неизвестное количество времени, прежде чем выжатый как лимон Апофис, на чьём лице появились просто гигантские следы усталости, словно на обычном смертом, взял... И кинул голову Эвклида прямиком в разлом

— Ломайте печать и телепортируйте нас отсюда! — почти панически бросил древний дракон, прекрасно осознавая, что именно вскоре сюда появится.

Ризевим не стал спорить. Только не в момент своего триумфа, когда он заполучит величайшее оружие своей мифологии, по сравнению с которым даже Кухулин и Шива будут казаться детишками, играющимися в песочницы.

Сосредоточившись, он прикрыл глаза и с оглушительным треском ломающихся цепей в разуме разорвал последнюю печать.

И в тот же миг вздрогнул от чистейшего ужаса, прорывающего сквозь границы между измерениями.

Зверь Апокалипсиса проснулся.

И он зарычал.

Пространство треснуло и разломалось под напором чистой мощи, разрывая всякие границы между Коцитом и местом-узилищем предвестника Апокалипсиса.

...Телепортация переносит Ризевима и Апофиса едва ли на пару километров, не способная выдержать того пространственного изменения, которое вносит Зверь Апокалипсиса одним своим присутствием.

Он вступил на хладные земли Коцита.

И он раскрывает свои пасти.

И пламя, вырвавшееся из них, было ужасающим. Вечные льда Коцита даже не плавятся — они просто-напросто испаряются вместе с водой и пространством, обнажая после себя ужасающие шрамы, обнажающие Межпространственный Разлом.

В следующее мгновенье, за мгновенье перед своей гибелью, Ризевим Ливан Люцифер понял кое-что важное, до чего не додумался ранее.

Было самонадеянно пытаться контролировать сам Апокалипсис.