— Да. У неё Святой Механизм. Даже более чем — целый Лонгин. Сефирот Грааль — механизм, в который Бог заложил все свои знания о Душах и самой Жизни. Аспекты, в которых он был более умел, чем любой другой бог. — подтвердил я, также подходя ближе. — Используя её, твой правнук-бастард усилил себя и связался с Ризевимом. Моя дочка, кстати, познакомься — Базетт, его прикончила. Но опять же, неизвестно сколько ему подобных осталось не только в твоему роду, но и в скрывающихся потомках Иуды Искариота... И ещё один момент, но о нём наедине.

— Теперь мне стало более понятна ситуация. — вздохнул Первый Вампир. — Пойдём со мной... Правнучка. Пора значительно пройтись по моему роду, по всей видимости, забывшего мои наставления.

— К-какие наставления? — осторожно вопросила Валери, заглядывая в глаза своего предка.

— Какие? Кодекс Крови. Я же его написал. — слегка нахмурился старый друг, поднимая подрагивающую девушку за подмышки и сажая себе на плечо. — Он, мог, конечно, за шесть столетий устареть — и я допускал дополнения, но основные Багровые Заповеди должны были усваиваться с молоком матери.

Некоторое время до выхода из горы Валери напряженно размышляла, пока мы молча приближались к солнечному свету. На дампира тот не работал, а Фердиад был слишком силён, чтобы его пронимала подобная мелочь.

— П-прошу прощения... Но я не помню никаких Багровых Заповедей... Я получала обучение у моего отца-короля, но... Не слышала... — сожалеюще покачала головой правнучка друга, заставив меня мысленно присвистнуть.

У-у-у-у... Сейчас кто-то основательно взбесится — ведь Багровые Заповеди это был более адекватный и приспособленный вид Библейских Заповедей. В конце-концов и в них были адекватные моменты, вроде того же не укради. Если убийства запрещать — глупость та ещё, то вот воровство... Почему нет? В этих же заповедях было указано, что вампиры не должны убивать выпиванием крови из людей. Не должны править ими напрямую... И множество подобных правил, которые Фердиад внимательно разрабатывал и получил наше со Скатах одобрение.

Но... Да уж, если нынешние кровососы их забыли... Дела и впрямь настолько плохи.

...Все эти мысли пронеслись не только в моей голове.

Но если я отреагировал спокойно, с лёгкой досадой, скажем так, то вот Первый из Вампиров, всегда бывший чувствительным к этому из-за насильственного характера обращения себя самого... Взбесился спустя уже две секунды, буквально взорвавшись собственной силой.

— Извини, Сетанта, возможно мне бы и стоило вернуться тайно, ибо так эффективнее, но... Я просто не могу сдержать свои эмоции. — прорычал он всё более разъяренным тоном. — Пускай мои пропащие потомки знают... Я вернулся. И я иду по их души. По души своего проклятого рода.

Высвободив свою ауру к очередному обречённому вздоху уже моих правнуков, Первейший из Вампиров активировал всю ту же связь первопредка и потомков.

Судя по тому, как принялась ошарашенно вертеть головой Валери, будучи так-то полукровкой — я уж представляю, какая там реакция у чистокровных и обращенных... Хо-хо-хо.

Определённо, вампирский род ждут серьёзные перемены.

И хрен тебе, а не армия Злых Драконов, Ризевим Ливан Люцифер.

***

Британские Острова. Лондон. Штаб-квартира Хеллсинга.

Немногим ранее.

Сэр Интегра Фарбрук Вингейтс Хеллсинг.

Сидящая за столом в затемнённом помещении, светловолосая женщина внимательно читала очередной отчёт о конфликте с Тринадцатым Отделом Церкви. Оно даже не было полностью официальным — в отличии от Седьмого, известного в миру своими Экзорцистами. То есть, Искариоты фактически действовали без санкции Папы и Кардиналов.

Но те закрывали на это глаза, потому что Церкви на фоне мифологий и иных фракций просто кардинально не доставало боевой мощи. Святые Мечи — это хорошо, но сильнейший обладатель Дюрандаля уже постарел, и если в молодости мог дать бой Алукарду, но сейчас... Уже маловероятно.

—...хм-м-м... Может быть дать им знать, что основные проблемы доставляют те самые вампиры, что были порождены Иудой как раз Искариотом? Выгодна ли нам междоусобица среди них? — хмыкнула Интегра, поджигая сигару и поправляя свои белые перчатки.

— О-о-о, моя хозяйка... Желаете мнение моё узнать? — раздался глубокий голос вышедшего прямиком из стены вампира, облачённого в красные одеяния Испанской Инквизиции.

Насколько знала женщина, тому очень доставлял тот факт, что исчадье Ада в глазах Церкви — носит одежду вернейших её служителей. Самых жестоких и беспощадных.

Интегра позволяла своему слуге подобное — ведь сама до скрежета зубов не любила католиков. Как и вообще религию в целом. Но имидж и репутация заставляли её при обычных людях говорить иначе.