Так что вскоре наконечник копья вился в подставленный щит феи, бывший явно из неплохих материалов, раз я без весомых усилий не смог вытащить застрявшее оружие.

Так что я просто отпустил копьё, да ринулся вперёд.

Рядом просвистел меч противницы, однако теперь она для меня была слишком медленной, а я уже оказался в упор.

— Драсте. — параллельно единственному выброшенному слову, я впечатал кулак прямиком в весьма красивое лицо феи и отбросил её прочь.

Мог бы уже убить, ударив посильнее полсилы и тем самым пробив кости лица... Но во-первых, я не хочу пачкать руки во внутренностях лишний раз, а во-вторых эта любительница геноцида людей не сдохнет так просто. Ну и в третьих, в полную силу порвётся моя одежда, и так трещащая по швам после броска.

Выронившая меч, но сохранившая щит фея с разбитым лицом попыталась отмахнуться им вместе с застрявшим Гаэ Болгом... Но добилась лишь того, что я вновь схватился за древко собственного оружия и со всей силы дёрнул в сторону, вырывая щит из руки феи и ломая ей пальцы столь грубым движением.

— Тва... — пытается что-то воскликнуть она, но это сложно, когда носок моей ноги влетает ей в подбородок.

В настоящем бою такое было бы реализовывать глупо и непрактично, но это боем называть не стоило. Избиение, ровно такое же, какое Скатах организовывала остальной части Великой Охоты, с азартом метая копья и вырезая тех, кто осмелился приблизиться к земле на весьма немаленькое расстояние её прыжков.

— Кха-а.... — судорожно кашляет тем временем моя безымянная противница.

Но кто ж ей даст опомниться?

Я вновь настигаю её и левой рукой хватаю за шею, а потом, недолго думая, жёстко впечатываю головой в землю. И опускаю на лицо ногу с не слишком большой силой — раздаётся хруст, однако судя по её пальцам, пытающим поцарапать мою кожу, она её была жива.

— Не-е-ет, мы пока что не закончили... — улыбнулся я, хватая всё той левой рукой фею за грудки и потащив упирающуюся противницу за собой.

Возможно, это было проявлением садизма, но... Учитывая личность той, к кому этот садизм прилагается, мне совершенно плевать и совесть даже не пытается вякать.

Так что вскоре я швырнул эту особу к руинам горящего дома поселения.

— Мне стоит говорить, что за такое Неблагой Двор тебя выпотрошит и сделает из твоих костей мечи, что будут убивать жителей твоего королевства, полубог? — оскалилась она разбитым в кровь лицом, ничуть не страшась моих действий.

Но это временно.

Ведь вместо ответа я быстрым выпадом вонзил копьё ей в плечо, заставив вскрикнуть.

Затем я быстро подался вперёд, впечатывая вышедший из её спины наконечник копья в горящую деревянную стену дома.

— Ты ведь из тех фей, что имеют сродство с пламенем, да? — озвучил я классификацию фей, и рыжие феи там определённо обладали именно такой способностью. — Вы к нему не неуязвимы, но имеете хорошую сопротивляемость... А значит, под огнём вы будете умирать дольше и мучительнее. А я... Я никуда не спешу.

Я несколько лукавил, но время у меня действительно было, пока моя ненаглядная устраивает резню остальным феям, уже начавшим разбегаться, несмотря на то, что их предводительница ещё жива.

— Кх-х-х... Какой-то огонёк... — прошипела она, другой рукой схватившись за копьё и пытаясь хоть что-то сделать с костью Курруида.

Но ничего у неё не получалось, даже когда пламя принялось опалять её одежду и достигать кожи. По началу эффекта никакого и впрямь не было — но огонь разгорался, и разгорался, поглощая всё больше дерева здания.

— Нет, так не пойдёт. — подал я голос, оценив скорость, с которой сгорает здание... И скорость, с которой фея абстрагируется от боли в плече, да начинает подчинять огонь вокруг себя, отгоняя от тела.

Здание же явно обрушится окончательно раньше, чем сгорит фея. Так что я левой рукой начертил в воздухе руну пламени, которая следом вспыхивает оранжевым свечением и возгорается, выпуская рядом с прибитой к стене феей поток магического огня. Которое вполне успешно объединятся с огнём обычным, и куда успешнее противостоит манипуляциям феи.

Огонь продолжил надвигаться.

И надвигаться, заставляя женщину шипеть от боли и дёргаться всё активнее.

А я смотрел.

И смотрел.

— Задери тебя дракон, я согласна отступить... Отпусти же! — возопила она, когда языки пламени стали целовать её лицо и по-фейски длинные уши, на конце становящимися совсем уж тонкими и острыми. Образно выражаясь, разумеется.

Но я продолжал наблюдать за тем, как её кожа начинала тлеть подобно углям, а потом и полноценно гореть, вызывая пронзительный визг.

— Отпусти-отпусти-отпусти! — ещё визгливее орала она, когда одежда практически целиком вспыхнула под напором магического пламени, дополнительно усиленного новой руной.

— Знаешь, я весьма циничный человек, и намеренно никого не побегу спасать... Но поверь, если у меня подвернётся возможность, я отыграюсь по полной. — с пожатием плеч незнамо зачем проговорил я той, кто вряд-ли слышит меня за ревущим пламенем и чудовищной болью.