Впереди наконец показался выход из Депо. Массивные створки ворот были испещрены дырами от пуль. Я чувствовал, что снаружи меня ждут. Моя Аура Ужаса, пущенная тонким шлейфом вперед, уже нащупала десятки напряженных сердец.

— Руки за голову! Бросить оружие! Вы окружены!

Стоило нам выйти на свежий воздух, как реальность Готэма обрушилась на нас во всей красе. Толпа оперативников в тяжелых тактических костюмах взяла выход в полукольцо. На нас смотрели десятки дул штурмовых винтовок, лазерные целеуказатели заплясали на моем клоунском комбинезоне красными точками. Эмблема АРГУС на нашивках не оставляла сомнений в том, чья это вечеринка. Аманда Уоллер не любит, когда что-то не под её контролем.

Я поднял взгляд выше. На крыше соседнего ангара, замерзнув в пафосной позе горгульи, стояла темная фигура. Плащ развевался на холодном ветру, острые уши на шлеме четко рисовались на фоне ночного неба.

Помимо пехоты и Бэтмена, в воздухе натужно гудели два черных вертолета, ослепляя нас прожекторами. Позади оперативников рычали двигателями несколько бронетранспортеров.

Уоллер не поскупилась на ресурсы. Ликвидация «неконтролируемой угрозы» шла по высшему приоритету. И всё это, разумеется, с подачи Бэтмена. Того самого «защитника города», который в теории не должен подпускать АРГУС к Готэму на пушечный выстрел. Лицемер до мозга костей — когда не справляется сам, зовёт на помощь псов правительства.

«Всё складывается как нельзя лучше», — я оскалился, демонстрируя АРГУСу свои мертвенно-белые зубы.

Мысленное усилие. Пространственный карман выплюнул свою главную тяжесть.

Массивный, иссиня-черный «Убийца Драконов» проявился в моей руке. Тяжесть меча, усиленная чертой специалиста, ощущалась как продолжение собственного тела. Я с грохотом опустил его кончик на бетон, выбивая облако каменной крошки.

«Да начнётся фарм билетов!»

*****

Тишина под сводами Бэтпещеры была тяжелой, стерильной и прохладной. Этот покой нарушил лишь резкий, лязгающий звук лифта, разрезавший привычный гул серверов. Из кабины, пошатываясь, практически вывалилась массивная фигура.

Бэтмен. Но под тяжелой броней скрывался не Брюс.

Томас Уэйн, задыхаясь от вспышек боли, вцепился в холодный край стального стола. Каждый шаг давался ему с трудом — грудная клетка превратилась в месиво из раздробленных костей и гематом. Кряхтя от напряжения, он буквально затащил себя в медицинскую капсулу. Манипуляторы, похожие на тонкие лапы насекомых, тут же ожили. С тихим шипением они начали снимать поврежденные пластины костюма. Кевлар был распорот, словно бумажная обертка, обнажая сухое, иссеченное шрамами тело пятидесятилетнего мужчины.

— И зачем всё это было? — голос раздался из тени, прежде чем его обладательница показалась в круге холодного света.

Барбара Гордон. Рыжие волосы собраны в небрежный хвост, на переносице — очки, в которых отражались бесконечные каскады данных с мониторов. Она подъехала на инвалидной коляске вплотную к капсуле, внимательно наблюдая за тем, как лазерные сканеры изучают переломы Томаса.

— Ты ведь не питал иллюзий, что Аргус сможет его взять, — она не спрашивала, а констатировала факт. — Не так ли, Томас?

Мужчина на мгновение прикрыл глаза, пока хирургический захват вправлял ребро. Его лицо, покрытое сеточкой морщин и свежими ссадинами, исказилось в гримасе. Волевой подбородок был упрямо задрал вверх. Он всегда был более жестким, чем его сын. Менее гибким. Более склонным к радикальным решениям.

— Оценка, — выдохнул он через стиснутые зубы. — Мне нужна была полевая проверка его способностей. Реальный боевой потенциал. Более комплексное сравнение с тем безобидным психопрофилем «клерка Киркмана», что мне прислал Альфред.

— Всё лежало на поверхности, — Барбара раздраженно дернула плечом, поправив очки. — Очевидный мета-человек. Очевидная психическая нестабильность. Тебе не нужно было подставлять людей правительства и ломать ребра об этот его… огромный кусок железа, чтобы это понять.

— Этого было мало, Барбара, — Томас резко открыл глаза, в которых застыла сталь. — Теперь мы знаем, что он — мета-тип с прогрессирующим потенциалом. Растущая угроза. Таких нужно изолировать или устранять на ранней стадии, пока они не осознали свою полную мощь.

— Ты создал себе врага на ровном месте, — Барбара сжала колеса коляски так, что костяшки пальцев побелели. — Снова. Зачем было натравливать на него штурмовые группы Уоллер? Почему нельзя было просто… выйти на связь? Поговорить?

— Поговорить? — Томас горько усмехнулся, дернувшись от укола анестетика. — Он убийца, Барбара! Тридцать семь трупов на арене. Да, это были бандиты Джокера, но он убил их с такой легкостью, будто подстригал газон. Он уже переступил черту, а я не веду переговоров с теми, кто считает убийство допустимым методом.

Барбара нахмурилась. Между ними выросла стена непонимания, которая с каждым днем становилась всё выше.