С каждым моим словом сердце проваливалось всё глубже в какую-то разверзнувшуюся в животе бездну, а в голове нарастал глухой гул, но, начав, я уже не мог остановиться и вывалил всё, что накипело за последние пару недель. Это был конец, и я прекрасно это понимал, но я не врал в своём отношении к ситуации — я был готов вырвать свои чувства из сердца. Пусть это будет больно и породит на душе незаживающую рану на много лет, но умом я не семнадцатилетний подросток и могу переступить через себя, когда вижу в этом необходимость. Возможно, я уже терял любовь в прошлой жизни — не знаю, но я знал, каково будет её потерять, а также знал, что это не конец света и, несмотря на все страдания, это можно пережить. И пусть я хотел Ю Нин, но никакое желание не стоит той жизни, которую она мне навязывает. В конце концов, любые плотские потребности можно удовлетворить и с простыми служанками, а в спутнице жизни главное — поддержка и синергия характеров, но здесь и сейчас я видел лишь эгоизм и полное наплевательство на мои чувства.

Ю Нин застыла статуей самой себе. Улыбка с её лица исчезла. Из глаз пропало всякое веселье. Я и в самом деле не представлял, чего она хотела добиться своим поведением, но сказанное мной явно не входило в этот список.

Над площадкой повисла тишина, и, чтобы не усугублять её игрой в гляделки, а также, будем уж честны с собой, спрятаться от случившегося, я закрыл глаза и постарался вернуться к медитации.

– Лян Ю, я… – отреагировала на это девушка, но, подталкиваемый разливающимся по груди холодом, не имеющим никакого отношения к ледяной Ци, я её перебил:

– Леди Ся, я занят важной тренировкой. Прошу, не мешайте мне, – да, грубо. Очень грубо. Но у меня внутри всё уже заледенело и покрылось коркой из злой решимости, переходящей в упрямство. Я всё сказал — и продолжать словесную дуэль совершенно не собирался.

– … – принцесса Севера стояла рядом — я слышал её дыхание, но заговорить вновь не попыталась. Я запустил процесс циркуляции Ци, прошла минута, вторая… На третьей Ю Нин развернулась и стала удаляться, вскоре исчезнув из радиуса моего восприятия за пределами двора.

И вот тут-то я ощутил внутри настоящую боль…

Там же. Ся Ю Нин.

Ноги несли девушку прочь из знакомого двора. Глаза застилала пелена, а в груди было странно больно. Лян Ю… она всего лишь хотела, чтобы он поболтал с ней, отвесил очередную острую и колкую фразу, как делал это всегда. Но вместо этого… этот холодный голос и сдерживаемая ярость. На мгновение ей даже показалось, что он попытается ударить её. Не попытался. Вместо этого он просто сказал, что больше не желает её видеть. Почему?! Почему?! И почему ей от этого так плохо?

Как она оказалась на берегу небольшого пруда, имевшегося на территории Академии, Ю Нин не могла сказать и сама. Просто в какой-то момент она обнаружила, что сидит на земле, прижав колени к груди, и, вытирая мокрые дорожки с лица, бессмысленно смотрит на воду. Наследник Тёмной Луны… один из двух настоящих её друзей. Хитрый, находчивый и неимоверно наглый гений, что вёл себя на равных как с членами побочной семьи, так и с Королём Севера. А ещё он всегда мог найти для неё время, что-то рассказать или выслушать. И… ей хотелось, чтобы этого времени было для неё больше. И она перетягивала это время, совсем забыв, что это может не нравиться Лян Ю… Да и как она могла это понять? Ведь эти его взгляды! И тот раз, когда они остались в лесу… Ю Нин всхлипнула с новой силой. Глаза опять защипало.

– Д-дурак… и я — дура, – то, что так ей понравилось в этом странном и загадочном парне, теперь играло против неё.

Он был силён, горд, признавал чужую силу, но никогда не склонялся перед ней. Так было, когда он аргументированно и доходчиво разъяснял превосходящим его по силе заговорщикам, что они — некомпетентные кретины. Так было, когда он целенаправленно доводил до бешенства Лорда Северной Стражи — практика, что в своём могуществе вполне мог потягаться с самим Императором.

Сейчас, сидя на берегу пруда, она как бы со стороны смотрела на своё поведение… и его причины. Да, она хотела внимания от Лян Ю, хотела, чтобы он всегда был рядом… был с ней. Но… она никогда и ни с кем не общалась на равных. Были слуги, которые выполняли её приказы. Были встречи с представителями Старших Семей из иных провинций и столицы, но там всё решали этикет и протокол — всё официально и строго выверено. Даже Ан Сюен, пусть и была её подругой, всегда была младшей. Ведомой, опекаемой, принимающей покровительственное отношение. Но наследник Тёмной Луны такое мог лишь терпеть. Терпеть ради своих чувств к ней, которые она отказалась признавать. И запасы его терпения были далеко не безграничны. И теперь… теперь он ненавидит её?