«Это был музей», — сказал Бирн. — Я не думаю, что там было что-нибудь старше шестидесяти лет.

Он рассказал ей о площади Сатор, высеченной в стенах подвала, о фотографиях кукурузных стогов.

— Вы действительно думаете, что старуха считала себя каким-то мифическим существом?

Бирн ответил не сразу. 'Я не знаю. Но вы знаете не хуже меня, что когда у людей есть глубокая вера – любая вера – это может оказаться могущественной вещью».

Джессика ничего не сказала.

— Ты спас нас в том доме, партнер, — сказал Бирн.

Джессика вспомнила тот момент, когда вошел Бирн с высоко поднятыми руками. Положив пальто на подлокотник дивана, он убедился, что из него торчит фотография, фотография, которую она сделала для Софи. Когда он показал ей по три пальца на каждой руке, она поняла, что ей нужно найти способ заменить фотографию Дэнни Фаррена на стене. Это была третья фотография в третьем ряду. Все сложилось до последней секунды.

«Я думаю, это была командная работа», — сказала она. «И мы не всех спасли».

Бирн взглянул на Камень. — Их невозможно спасти, Джесс.

В пять часов дня мэр и комиссар полиции провели пресс-конференцию.

Бирн отказался присутствовать.

57

Когда Бирн остановился через дорогу от дома Анжелики Лири, там все еще стояли несколько бездельников, которые фотографировали. Фургон CSU был припаркован в полуквартале от них, завершая обработку общей сцены. Поскольку в деле участвовало три или четыре агентства, пришлось преодолеть множество Т.

Последствия стрельбы с участием офицера полиции, особенно в последние несколько лет, требуют более пристального внимания, чем стрельба, в которой не участвовал сотрудник правоохранительных органов.

Что касается дома Анжелики Лири, если бы не листы фанеры, закрывавшие переднее окно, вы бы никогда не узнали, что здесь произошло.

Бирн обменялся несколькими словами с техническими специалистами CSU. Они как раз освобождали закрытый магазин, находившийся рядом с домом Лири. Поскольку Фаррен вошел в магазин, чтобы получить доступ к дому Анжелики Лири, здание пришлось обойти дюйм за дюймом.

К-9, обнаружившая бомбу, очистила его от взрывчатки. Но это не означало, что не было намеренно создано других опасностей.

Бирн позвонил в колокольчик и отошел от крыльца. Несколько мгновений спустя Анжелика открыла дверь. Несмотря на стресс от того, что произошло в ее доме, она выглядела моложе и живее, чем в последний раз, когда он видел ее.

— Кевин, — сказала она. «Какой приятный сюрприз».

— Я не вмешиваюсь?

'Никогда. Пожалуйста, войдите.'

'Спасибо.'

'Могу я предложить вам что-то?' она спросила. — Я еще не упаковал кофе или чай.

'Нет я в порядке. Спасибо.'

— Я мог бы выпить где-нибудь выпить.

— Заманчиво, но я дежурю еще несколько часов.

Бирн вошел в гостиную. Казалось, будто он никогда там не был. Когда он вошел в комнату в первый раз, все, о чем он мог думать, это спасти невинные жизни в комнате и разрядить ситуацию. Теперь это выглядело как передняя комната приятного старого рядного дома. Никаких гулей и демонов. Единственным остатком был брезент на месте падения Майкла Фаррена.

Вдоль стены, где Фаррен прикрепил свои фотографии, стояли десятки ящиков, заклеенных скотчем и готовых к вывозу.

«Последний раз я уезжал из этого места после того, как была убита Катриона. Я был в таком тумане. Я просто знал, что больше не могу находиться в месте, где хранится ее дух».

В конце концов Бирн остановил свой выбор на кофе. Они сидели за маленьким обеденным столом Анжелики.

Бирн подумал о маленькой девочке, о том, как она украсила это место своими мягкими манерами и тихим поведением. Он думал о ее цветах и лентах для волос. Время ничуть не ослабило ее памяти о нем. Она всегда будет маленькой девочкой.

— Почему ты вернулся? он спросил.

Анжелика дала ему минутку. «Когда мой второй брак распался, я оказался в затруднительном положении. Я думаю, человек тоскует по знакомому.

— Да, — сказал Бирн. Его квартира теперь находилась менее чем в миле от места, где он родился и вырос. Он пытался купить и отремонтировать дом, но оказалось, что в нем обитает слишком много призраков.

'Куда ты пойдешь?' он спросил.

«Хотите верьте, хотите нет, я еду в Ирландию».

'Я завидую.'

«Моя мать родилась там. Графство Клэр.

— Похоже на сон.

— Ты никогда там не был? она спросила.

Бирн покачал головой. «Только в кино».

Анжелика улыбнулась. 'Какой твой любимый?'

Хороший вопрос, подумал Бирн. Не было недостатка. « Odd Man Out — хороший фильм», — сказал он. «Но мне придется выбрать «Тихого человека ».

— Значит, тебе нравятся старые.

'Я делаю.'

— Я тоже, — сказала она. — Это была Морин О'Хара, не так ли?

Бирн часто думал, что его покойная мать чем-то похожа на актрису. Это была одна из причин, по которой он всегда смотрел этот фильм в одиночестве. 'Она была.'