И в этот момент полумрак трактира ожил.

Это не было похоже на драку. Это было похоже на работу хорошо отлаженного механизма. Тень, отделившаяся от стойки, метнулась в сторону. Раздался короткий, влажный удар, и один из нападавших без звука осел на пол. Из-за печи выскользнули еще двое, а потом и остальные.

Унтер, который шел ко мне, обернулся на шум, но было поздно. Степан Митрофанович Рекунов, до этого казавшийся частью дверного косяка, шагнул ему за спину. Короткое движение – и голова унтера дернулась. Он рухнул на пол мешком с костями.

Все закончилось за десять секунд. Ни одного выстрела. Только глухие удары, хрипы и тихое шарканье ног по затоптанному полу. И вот все семеро «гостей» лежали на полу, связанные и обезоруженные. Над ними, как волки над поверженной добычей, стояли мои люди.

Я аккуратно сложил газету и встал. Подошел к унтеру, которого уже привели в чувство и поставили на колени.

– Кто послал? – спросил я тихо.

Он сплюнул кровью и ухмыльнулся.

– Пошел ты…

Я не стал с ним спорить. Повернулся к Мышляеву.

– Сломай ему палец.

Мышляев молча кивнул, взял руку унтера и с хрустом вывернул мизинец. Тот завыл, его лицо исказилось от боли.

– Я повторяю вопрос, – произнес я все тем же спокойным голосом. – Кто послал?

– Хвостов… Начальник… – прохрипел он, корчась на полу. – Артемий Семеныч…

– Где он вас ждет?

– Дома… велел с докладом…

– Отлично. – Я кивнул своим людям. – Грузите их. Поедем с докладом все вместе.