Сьюзан прекрасно знает, что я говорю о ее дочери Мелоди. Ей четырнадцать лет и она добивается всего криками и слезами. Однажды Мелоди пришлось забраться на крышу дома и шантажировать родителей тем, что спрыгнет, если на ее дне рождении не выступит Гарри Стайлс. Конечно, Гарри не приехал, но зато она заполучила билет в вип-зону на его концерт.

— Да так, просто вырвалось, — пожимаю плечами я.

Хмыкнув, Сьюзан кивает.

— Знаешь, Миранда, думаю, тебе стоит последовать примеру дочери и устроиться на работу, если нуждаетесь в деньгах на обучение в частной школе. Могу взять тебя на подработку в галерею. — Взглянув на наручные часы, Сьюзан цокает. — Ох, совсем забыла, что опаздываю на встречу. Созвонимся.

— Сью, она не хотела тебя обидеть, — тараторит мама ей в спину. — Живо извинись, Бэйли!

Даже если бы я решила извиниться, то уже поздно, потому что Сьюзан уходит слишком быстро. Смелость, с которой я съязвила ей, улетучивается, как только мама вплотную подходит ко мне.

— Почему ты не в школе? — Она выставляет указательный палец. — И даже не вздумай врать мне.

Коленки начинают дрожать, ощущение, что огромный магазин сужается до размеров узкой комнаты, в которой невозможно сделать вдох.

— Потому что я не хочу там учиться.

— Тебя там обидели? — Отпрянув, мама щурится. — Ты вообще была там? Хоть порог переступила?

Я нехотя качаю головой. Протянув руку, мама срывает бейджик с моей груди и бросает его на пол.

— Ты о чем вообще думаешь?! — злостно шипит она сквозь стиснутые зубы, но заметив на нас заинтересованные взгляды покупателей, отстраняется и кивает в сторону выхода. — Поговорим дома.

Холодные пальцы больно сжимаются на моем запястье, пока она тянет меня к дверям.

— Но у меня вещи остались в раздевалке.

— Жду у выхода, у тебя ровно минута. Я пока позвоню отцу.

Я толком не смогла объяснить Карен, почему ухожу, она не слишком расстроилась, а заодно добавила, что проценты с продаж мне не зачтут, лишь выплата за отработанные часы. Что ж, спасибо и на этом.

***

— О чем ты только думала, Бэйли? — Папа устало потирает лоб, на его лице написано много эмоций: раздражение, удивление, злость и разочарование.

Во рту появляется привкус горечи просто оттого, что я добавила ему головной боли. Сцепив пальцы в замок, я опускаю голову в попытке спрятать за волосами горящее лицо.

— Изволь смотреть на нас, когда мы с тобой разговариваем, — требует мама, опускаясь на диван рядом с папой. — Отец вынужден срываться со встречи из-за тебя, я унизилась перед Сьюзан и попросила в долг, мы делаем все, что в наших силах, чтобы тебе было лучше, а ты решила обмануть нас?

— Ты просила в долг у Сьюзан?

— Об этом поговорим позже, Аарон, — отмахивается мама. — Сейчас речь о том, что наша дочь прогуливает школу.

— Я не хочу там учиться, — выдавливаю я полушепотом, пока горло обжигает ком из подступающих слез.

— Я ведь не в тюрьму тебя отправляю. Поверь, если бы мог, то оставил тебя в «Примроуз», но у нас дом выставлен на продажу, ты осознаешь уровень наших проблем?

Шмыгнув носом, я киваю.

— Дай мне ключи от машины, — просит папа, протянув ладонь.

Подняв лежащий у ног рюкзак, я крепко обнимаю его.

— Зачем?

— Наказание за ложь. С завтрашнего дня мама будет отвозить тебя в школу.

— Но папа…

— Я устал, Бэйли, — непривычно холодным тоном произносит он. — Знаю, что вам нелегко, но и мне тоже, поверь. Нужно ходить в школу, хочешь ты этого или нет. Ключи.

Папа взмахивает пальцами, по его суровому взгляду понимаю, что нет смысла спорить. Я сделала все, что могла, но проиграла. Открыв карман, достаю ключи с брелоком и опускаю связку в папину ладонь.

— Я очень надеюсь, что мы услышали друг друга, Бэйли.

Кивнув, я спешу в свою комнату, чтобы вдоволь там нареветься.

Глава 10 Добро пожаловать

За выходные я изучила множество форумов на тему новичков в школе и о том, как выжить в обществе, которое настроено агрессивно против тебя. Я даже забрела на ветку форума, где обсуждали выживание в тюрьме. Что же, «Мемфис» вполне можно назвать моей персональной тюрьмой.

Из кучи статей я выделила три самых важных совета:

Не отвечать обидчикам.

Ни в коем случае не вестись на провокации.

Не показывать агрессорам страх.

Утро понедельника я начинаю с мыслей о том, чтобы притвориться заболевшей, но мама точно в это не поверит. На секунду даже появляется желание попросить Мейсона сломать мне руку, но я слишком боюсь боли.

После короткого стука мама заглядывает в комнату, в этот момент она напоминает надзирателя, который пришел проводить заключенного на смертную казнь. Вместо приветствия и пожелания доброго утра мой надзиратель хмурится:

— Ты время видела? Почему еще в кровати?

Выбравшись из-под одеяла, я опускаю на пол внезапно отяжелевшие ноги.

— Уже встаю.

— Живее, Бэйли. Жду внизу.