— Вы точно решили пойти с Кольтом? Я с радостью оставлю вас на ночь, а для Татер найдем временный дом.

Из угла раздалось сердитое мяуканье. Мой взгляд остановился на стоящей в углу клетке и очень злой кошке внутри.

— Возможно, стоит быть осторожнее, — предупредил я. — Эта штука может вспороть кому-то яремную вену.

Ридли бросила на меня свирепый взгляд.

— Татер — не штука. Она кошка. И она не причинит вреда ни одной душе.

— Скажи это моей руке, — парировал я.

— Да ладно. Она даже кожу не проткнула. — Затем на ее лице появилась улыбка. — Знаете, доктор Сапра, чтобы перестраховаться, нужно сделать Кольту укол от бешенства. Я слышала, что они очень болезненные.

Доктор Сапра подавила смешок.

— Так и есть.

Я повернулся к Ридли и нахмурился, но меня охватило облегчение. Если она препиралась со мной, значит, все не так уж плохо.

— Что нам нужно, чтобы выбраться отсюда, Док?

Она взглянула на Ридли.

— Вы готовы идти с Кольтом?

Ридли кивнул.

— Он лучше, чем альтернатива.

— Ну спасибо, — пробормотал я. И меня настигла еще одна волна облегчения.

— Вы не против, если я поделюсь с ним медицинской информацией? — спросила доктор Сапра.

— Конечно, — ответила Ридли, но слово прозвучало натянуто.

Она была такой чертовски сильной. Не хотела, чтобы я видел хоть малейшие признаки слабости. Но это была не ее слабость. Это была слабость кого-то другого, того, кого я найду и заставлю пожалеть о том, что он вообще к ней прикоснулся.

— Хорошо. — Доктор Сапра повернулся ко мне. — Мы не обнаружили никаких признаков черепно-мозговой травмы, но это не значит, что ее нет. Если у Ридли появятся признаки спутанности сознания, рвота, помутнения зрения или трудности со стоянием и ходьбой, я хочу, чтобы вы немедленно привезли ее обратно.

Я тяжело сглотнул. Черт. Как сильно она пострадала? От меня не ускользнуло, что доктор уклонилась от ответа на этот вопрос. Но в какой-то момент Ридли придется мне рассказать.

Доктор Сапра подошла к кровати Ридли со шприцем.

— Это обезболивающее. Оно поможет вам уснуть, а также облегчит боль в шее, горле и вдоль ребер. Я хочу, чтобы Кольт будил вас каждые три часа в течение следующих двадцати четырех, просто в качестве меры предосторожности.

— Спасибо, — прошептала Ридли, когда врач ввела иглу в ее капельницу.

Голос Ридли всегда притягивал к себе, в нем чувствовалась музыкальность, но приземленность, которую невозможно было подделать. Сейчас же он был хриплым, как будто ее голосовые связки были разорваны. Эта разница и заявление доктора Сапры заставили меня обратить внимание на горло Ридли.

Когда мой взгляд остановился на обычно золотистой коже, во мне вспыхнула ярость, настолько сильная, что обожгла меня изнутри. На ее горле были следы пальцев. Они еще не потемнели до пурпурно-синего цвета, но я знал, что так и будет. Сейчас же они были красными, лопнувшие кровеносные сосуды усеивали ее кожу.

Это должно было быть первым, что я заметил, когда вошел, но я был слишком отвлечен на этого засранца-продюсера. Но когда мой взгляд снова остановился на поврежденной коже, жестокость нападения стала слишком очевидной.

Кто-то душил Ридли. Возможно, даже пытался убить ее.

Девушка словно уловила мои эмоции, ее взгляд метнулся ко мне.

— Законник, — осторожно начала она. — Ты в порядке?

— Кто. Черт. Возьми. Сделал. Это. С. Тобой?

ГЛАВА 26

РИДЛИ

Я чувствовала ярость, исходящую от Кольта волнами, как будто это было живое, дышащее существо. После всего, что пережила сегодня, это должно было бы меня напугать. Но нет. Это успокаивало. Потому что ему было не все равно.

Грудь Кольта вздымалась от неровного дыхания.

— Кто? — потребовал он.

— О нет, не сегодня, — сказала доктор Сапра, встав между моей кроватью и разъяренным шерифом. — Все вопросы завтра.

— Мне нужно...

Доктор Сапра мгновенно прервала его.

— Что бы вам ни было нужно, это не так важно, как благополучие Ридли. Ее исцеление.

При этих словах Кольт немного успокоился. Он провел рукой по лицу, внезапно выглядя побежденным.

— Да. Вы правы.

— Я все равно его не видела, — пробормотала я. Мои слова были немного невнятны, так как болеутоляющее брало верх.

Доктор Сапра подошла к моей кровати.

— Сейчас я собираюсь вынуть капельницу. Мы пересадим вас в инвалидное кресло, чтобы вы могли отправиться домой и поспать.

— У меня нет дома, — пробормотала я.

На лице доктора Сапры возникло жалостливое выражение.

Затем чья-то рука скользнула в мою. Она была большой, с грубой кожей. Рука принадлежала человеку, который прожил жизнь и не уклонялся от нее.

— На данный момент он у тебя есть, Хаос.

— Хорошо, Законник, — согласилась я, и мой голос приобрел мечтательный оттенок.

И я почти поверила ему.