— Мне так жаль, — прошептал он. — За то, что я солгал тебе и ушел. — Он выдохнул прерывисто. — Клянусь, все, что я делал, было ради тебя. — Его руки зарылись в мои волосы. — Я знаю, что не заслуживаю тебя, но это не меняет того, что я люблю тебя. Я хочу тебя, Хоуп, и я слишком чертовски слаб, чтобы снова уйти. Так что я собираюсь попросить тебя о невозможном. — Он снова прижался лбом к моему. — Поехали со мной, Хоуп Картер.

— Ты не можешь просто сказать это и ожидать, что я приму это, Джордан, — я разрыдалась. — Ты не можешь просто снова ворваться в мою жизнь и попросить меня уйти с тобой! Я уже рисковала всем ради тебя, и посмотри, к чему это привело меня.

— Я знаю, что облажался, — ответил он охрипшим голосом. — Я знаю, что причинил тебе боль и все испортил. Но я должен быть честен с тобой, Хоуп… — Он замолчал, словно набираясь сил. — Если я не скажу это сейчас, я никогда не скажу, а я не могу снова уйти, зная, что ты не веришь, что ты самый важный человек в моей жизни. Потому что ты такая. Ты всегда была и всегда будешь.

— Тогда почему ты сделал это со мной? — я всхлипнула. Мои руки сами потянулись к его лицу. — Почему ты сломал меня?

— Мне многое нужно объяснить, — прошептал он. — Я знаю это.

— Если я поеду с тобой… — сказала я дрожащим голосом, взвешивая свои возможности. — Я хочу полной откровенности.

Джордан приподнял бровь, и я встретила его взгляд твердым выражением лица.

— Ты никогда не посмотришь на меня так же, — ответил он.

Я покачала головой. — Мне все равно. Я хочу знать.

— Тебе не все равно, — пробормотал он.

Отступив, Джордан расстегнул манжеты рубашки и закатал рукава.

— Что черт возьми это? — Мой голос едва был слышен, я еле могла дышать, уставившись на внутреннюю сторону его запястий. Я не понимала, зачем спрашиваю Джордана о том, что, очевидно, я уже знала, но мне нужно было услышать это от него.

— Ты знаешь, что это, — выдавил он, зеленые глаза вцепились в мое лицо, как будто моля меня не углубляться в это.

Я сделала шаг ближе, взяла его левую руку в свою и осторожно подтянула рукав до локтей. — Эти порезы? Мои глаза были прикованы к уродливым крест-накрест шрамам на внутренней стороне его запястий.

— Самоубийство.

— Почему?

Джордан вздохнул. — Иногда физическая боль легче переносится, чем эмоциональная.

Мои пальцы скользили по его шрамам, я трогала линии его изуродованной кожи, фиолетовые опухшие вены, вмятины на венах вызвали у меня дрожь, заставившую меня почувствовать тревогу.

Это были доказательства его многолетней боли.

— Когда все это началось? — спросила я, не доверяя себе, чтобы сказать что-то большее и не напугать его, снова заперев в ту раковину, в которой он любил прятаться.

— Не долго после того, как я ушел с Хилла, — ответил он. — Я... боролся с кое-чем. Вздохнув, он провел рукой по волосам. — Я хотел забыть. Все началось с алкоголя и немного марихуаны. Он хрипло засмеялся. — Но, очевидно, во мне слишком много Дерека, потому что вскоре я потерял контроль.

— Потерял контроль, — повторила я беззвучно.

Мой мир казался выдернутым из-под меня.

— Героин, Хоуп, — Джордан объяснил, его тон был ровным и холодным. — Ты думаешь, что я тебе навредил, уйдя, но я был токсичен. Я ушел, чтобы защитить тебя от своей чепухи.

— Чепуха? — Я качала головой в недоумении. — Ты не наркоман, Джордан.

— Не так ли? — он ответил. — У меня есть документы, которые это опровергнут.

— Не могу в это поверить, — прошептала я, пытаясь осмыслить происходящее.

— Она была моим спонсором, — Джордан наконец нарушил жгучую тишину.

Я подняла взгляд на него. — Аннабель?

Джордан кивнул. — Я никогда не спал с ней.

Теперь я была та, кто отшатнулся. — Ты врешь. Он должен был врать. Она была его невестой.

— Я не вру, — ответил он, сделав шаг ближе. — Единственная женщина, с которой я был, — это ты.

— Как?

— Как? — он потряс головой в недоумении. — Ты о чем?

— Секс, Джордан, — я выплюнула эти слова. — Ты серьезно пытаешься заставить меня поверить, что не спал с этой женщиной?

— Ты дала мне все, что мне было нужно, — прошипел он, звуча странно оскорбленно. — Зачем мне было бы быть с ней ради секса?

— Потому что ты мужчина, — прошипела я, прижимая пальцы к вискам. Это было слишком сложно. — Так почему ты был помолвлен с ней?

— Потому что она нуждалась во мне.

— Я нуждалась в тебе.

— Я знаю, Хоуп. Боже, знаю. Но Аннабель… Я помог ей выбраться из дыры с абьюзивным бывшим, притворившись ее женихом, и она помогла мне выбраться из дыры с…

— Со мной, — я произнесла это, не скрывая сарказма. — Продолжай. Заканчивай фразу.

— Мне нужно было, чтобы ты отпустила, — выдавил он. — Это была ужасная чертова ложь, но я думал, что тебе нужно было это услышать.

— Почему? — потребовала я. — И почему, черт возьми, ты запихивал эту дрянь в свое тело?

— Потому что я хотел забыть, и мне было все равно, убью ли я себя в процессе, — ответил он честно. — На самом деле, я как раз на это и надеялся.

— Вот что я не понимаю, — призналась я, разрываясь между чувствами.

Часть меня хотела обнять этого мужчину и утешить его через его боль.