– Ладно, смотри… черт, ну или не смотри. Короче, слушай. Я не буду называть тебе имя, но у меня есть для нее прозвище. Сирена. Прикольно, да? Мне тоже нравится. В общем… – Я потираю колючий подбородок, царапающий ладонь. – Я впервые встретил ее в начале февраля, но оказалось, что мы и раньше виделись. Скажу больше – мы виделись всю жизнь. Она пробралась внутрь меня, даже не стараясь, – я хмыкаю. – Говорю же, точно Сирена. Вчера на свадьбе мы… сблизились. Возможно, это были просто перебранки и подколы, но за каждым словом стояло что-то большее, понимаешь?

Я смотрю на него, пока в его кислородной маске образуются капельки конденсата.

– Настолько большее, что, когда мы и вовсе перестали говорить, я все еще чувствовал… ее. Я все еще хотел узнать ее не как Дж… Не как девушку, которую знает весь город. А как свою Сирену. Она другая. Я просто чувствую, что она слишком многогранная и сложная – и это вызывает интерес. Если бы эта девушка была словом в кроссворде, то в нем было бы миллион букв, и я бы часами гадал над ним.

Я опираюсь локтями о колени и, сняв бейсболку, погружаю руку в волосы.

– Если честно, то я понятия не имею, что делать дальше. Оставить ее в покое?

Пожалуйста, пикни хоть раз, если слышишь меня. Сбрось с глаза ресницу, в конце концов. Я хоть желание загадаю.

– Или идти напролом, как и положено нам, пожарным?

Хотя я не уверен, что Джемме нужен спасатель. Кажется, ей вообще никто не нужен.

– Я понял тебя, – выдыхаю я, когда его пульс остается неизменным. – Ты тоже не знаешь.

Мы начинаем, как обычно, разгадывать кроссворд, и от Гарри, как обычно, никакой помощи. Моему мозгу приходится трудиться за двоих. Запах антисептика раздражает дыхательные пути, и я чихаю раз сто, проклиная это заведение.

– «Что ты нервно ищешь, пока держишь это в руках?». Семь букв. О, ну это просто. Телефон. Помнишь, как ты вернулся в часть, решив, что забыл телефон, хотя разговаривал со мной по телефону?

Я усмехаюсь, вспоминая озадаченное выражение лица Гарри, когда он это осознал.

– «Диагноз, который каждый раз дает тебе гугл при любых симптомах?». Три буквы.

Я уже хочу снова начать возмущаться в ответ на глупые вопросы, но меня отвлекает звонок.

– Привет, – отвечаю я, встаю с кресла и решаю пройтись. – Я ожидал твоего звонка намного раньше.

Нил усмехается, и я слышу, как хлопает дверь машины.

– Сегодня у меня адский день. Как и у вас. Этот курорт поднял всех на уши. Слава богу, обошлось без жертв.

Я киваю, хоть он и не видит, и выхожу в коридор, медленно шагая к окну. Солнце опускается за холмы, окрашивая небо в ярко-алый. Дни становятся длиннее, природа начинает потихоньку просыпаться… Может быть, мой лучший друг, возомнивший себя спящей красавицей, тоже, черт возьми, очнется?

– Да, это чудо при таком масштабе.

– Могу ли я поинтересоваться, куда пропали наши с Мией куртки и когда они вернутся? – ворчит он.

– Я привезу их сегодня.

– Тебе лучше бы это сделать. Мия вынесла мне сегодня весь мозг по поводу своей куртки. Она утверждает, что это ее счастливая одежда для осмотра беременных.

Я смеюсь над уровнем драматизма своей сестры.

– Полагаю, сегодня молодые мамы не получили должного внимания от Мии?

– Конечно, получили, это же Мия. Она наверняка поговорила с каждым неродившимся жеребенком и теленком, а затем выслушала все жалобы беременных на их секретном животном языке, который понимает только она.

Да, Мия имеет особую связь с животными с самого рождения. Я помню, как наш кот лег рядом с ней, когда она была совсем малышкой, и не отходил до утра.

Именно поэтому моя сестра, наверное, и стала ветеринаром. Ведь того самого кота она и свела с кошкой миссис Трент. Мия была одержима тем, чтобы принять роды и вырастить «мини-котиков».

– Скажи ей, что куртка обязательно вернется на свое законное место, только не упоминай обо мне. Иначе она устроит мне допрос похуже ФБР.

Нил смеется, а когда его веселье стихает, говорит:

– Стоит ли мне тоже устроить тебе допрос? Учитывая, что я вроде как соучастник, а еще отлично владею дедукцией и знаю, что Джемма исчезла вместе с тобой.

– Сохрани все свои силы для работы. Пока.

Я сбрасываю вызов и возвращаюсь. Чей-то размытый силуэт, проносящийся темной вспышкой около палаты Гарри, привлекает мой взгляд. Пряди черных волос исчезают за углом, и я точно знаю, кому они принадлежат. Потому что этой ночью сжимал их в кулаке, пока целовал пухлые губы.

Я ускоряю шаг. По пути закрываю дверь в палату и двигаюсь следом за покачивающимися бедрами Джеммы. Черные джинсы обтягивают каждый изгиб длинных стройных ног. Мне хочется застонать от того, как это на меня влияет. Ее пятая точка должна быть удостоена какой-нибудь награды.

Моя цель спускается на второй этаж, а затем резко поворачивает. Я следую за ней, но вот только ее и след простыл…

По обе стороны от меня тянутся двери палат. Джемма вошла в одну из них? Что она вообще здесь забыла?