— Я... — что, черт возьми, я должна сказать? Приручать? Ни за что. И почему мои слова застряли у меня в горле?

Я позволила своему взгляду опуститься к глубокому V-образному изгибу, от его пресса до выпуклости между ног. При виде его огромного члена вблизи, такого красивого ствола, у меня потекли слюнки. Я вдруг осознала, что издала одобрительный стон, который позволил этому брутальному мужчине улыбнуться.

— Видишь, что тебе нравится, cherie?

Черт бы побрал этого мужчину и его успокаивающий, сексуальный акцент.

— Вовсе нет.

— Я тебе не верю.

— У меня нет привычки лгать. Проваливай, — рявкнула я, хотя в моем голосе не было убежденности.

— Этого не случится. Ты пригласила меня войти. — Его ноздри раздулись, когда он оглядел меня с ног до головы, похоть в его глазах зажгла нечто большее, чем просто пламя где-то глубоко внутри.

Его комментарий был правдив лишь формально. Хотя я умоляла его трахнуть меня, и это был не самый лучший мой момент. Я указала на него пальцем.

— Я отзываю свое приглашение.

— Этого не произойдет, cherie. Как ты уже отметила, я из тех мужчин, которые получают все, что хотят. И так случилось, что я хочу тебя. Каждый кусочек. Каждый дюйм. Каждый жестокий момент, когда я трахаю тебя.

О, Боже милостивый. Каждое его слово ошеломляло меня, так возбуждало, что все мое тело ныло от безумного желания, охватившего его. Незнакомец был настолько завораживающим, что я не успела среагировать достаточно быстро, когда он резко развернул меня лицом к зеркалу, прижимая к себе рукой.

— Сначала я тебя отшлепаю, как и обещал. — Его глаза заблестели, как будто он наслаждался моим дискомфортом.

А я все еще не могла вырваться из того тумана, в котором находилась.

Я все еще пребывала в состоянии безумного шока, когда он три раза подряд быстро опустил ремень. Что, черт возьми, этот мужчина делает? Я открыла рот, но не издала ни звука, как будто этого никогда и не было.

— Кажется, я тебя ненавижу. — Правда? Это было единственное, что я смогла придумать, чтобы сказать?

— Как там говорят, cherie? Между любовью и ненавистью тонкая грань. Но секс из ненависти — это самое лучшее.

Только когда он опустил ремень еще трижды, боль, наконец, стала ощущаться, огонь в моем теле превратился в мучение, удар за ударом раскаленного добела тока.

И не очень хорошего свойства.

— Блядь. То есть… Не делай этого!

Мой визг был встречен похотливой улыбкой, все его тело излучало сексуальную привлекательность и доминирование. Я должна была ненавидеть каждый аспект того, что он делал, но по какой-то безумной причине моя реакция была прямо противоположной: мой разум кружился, в то время как тело жаждало большего.

О, нет. Я была не из тех женщин, которые мирятся с таким поведением. Ни один мужчина никогда не пытался так поступить со мной. Даже придурок Мэтт был умнее, понимая, что я сломаю ему шею за одну-единственную попытку или, как минимум, воткну нож ему в тыльную сторону ладони.

Мой спаситель опустил толстый ремень на верхнюю часть моих бедер, и я чуть не взвыла, как какое-нибудь животное. Упершись руками в зеркало, я с силой оттолкнулась от него, почти освободившись.

Мужчина заполонил мое пространство, склонив голову набок и издав цокающий звук.

— Попробуй еще раз, и мы начнем все сначала.

Иисус. Мой таинственный гость слишком уж забавлялся моим дискомфортом, его глаза блестели, словно в огне.

— А теперь, будь хорошей девочкой, снова прижми свои прекрасные ручки к зеркалу и раздвинь свои длинные ноги пошире. Гораздо шире, — он ждал, приподняв одну бровь, так как был уверен, что я выполню его резкий приказ.

Когда я непроизвольно это сделала, меня пронзила новая волна вожделения и шока.

— Очень хорошая девочка.

Странная фраза вызвала у меня трепет, который должен был вызвать озноб, а не сильный жар, который она вызвала. У меня внезапно закружилась голова, и я затаила дыхание, когда он попятился, наблюдая за изгибом кожаного ремешка, когда он опускался, словно в замедленной съемке. Я не была до конца уверена, что резкий щелкающий звук был вызван не соприкосновением его запястья с толстым ремнем.

Но когда прилив эндорфинов пронзил меня от боли, пронзившей каждую мышцу, я точно поняла, что испытываю. Черт. Черт. Черт. Я пнула его, пытаясь удержать позицию. Я и глазом не моргнула, пристально изучая его, пока он проводил жесткими подушечками пальцев от одной стороны моей попки к другой.

Легкое прикосновение было таким же волнующим, как и его горячие поцелуи. Я была поражена тем, как сильно хотела этого мужчину. Я жаждала почувствовать, как его толстый член проникает так глубоко внутрь, что не могла дышать.