Скиф. Сердце принцессы

Дорогие читатели!

Добро пожаловать в историю Дениса Стальнова и Али Макаровой! Да, это те самые дети Яси Макаровой и Дана Стальнова из истории «Хочу я мужика, но 40+». Они стали не только взрослые по годам, но и решения их, как и поступки, тоже стали иметь совершенно другой вес!

Так что приглашаю вас окунуться новый мир, с новыми героями!

***

– С днём рождения, рыжие! – наглый насмешливый голос раздался на весь зал ресторана, привлекая внимание.

Лика развернулась быстрее меня, а я не могу.

– Кто же это? – насмешливо спросила сестрёнка. – Наш дорогой братец! Долго же ты пропадал.

– Ждал, – произнёс Денис уже ближе, а у меня волосы зашевелились на затылке от его близости и запаха.

От него самого!

– И кто же тебе разрешил испортить твои рыжие кудри? – шёпот на ухо, а меня будто током бьёт.

Пролог

– Нравится подсматривать, рыжая? – насмешливый голос Дена слишком сильно бьёт по нервам.

Я и так напряжена. Не собиралась я идти сюда. Не хотела ничего этого видеть, но всё вышло, как всегда, наоборот.

– Нет, никогда не страдала таким. И я уже давно не рыжая! – огрызаюсь я. – А тебе, смотрю, нравится задирать всех подряд. Ничего не меняется, – не спрашиваю, утверждаю, наблюдая, как на скуле Дена разрастается синяк.

И мне бы сказать спасибо, что защитил, но язык не поворачивается.

– Всегда была врунишкой, – Ден наступает, а я отхожу.

От его взгляда становится не по себе. Он смотрит так, что в животе начинает пульсировать, а это плохо. Мы в темном коридоре ночного клуба, но музыка бьёт по ушам даже здесь.

– Тебя никто не переплюнет во вранье, – отвечаю дерзко, я надеюсь. – И тебя заждались. Иди, а то твоих девок уведут. С кем будешь напряжение снимать, – бью его его же словами.

– А я уже нашёл себе развлечение на сегодня, – рычит Ден и, сделав два быстрых шага, хватает меня и впечатывает в стену, вжимаясь своим телом.

– Отпусти меня, урод, – шиплю ему в лицо. – Не прикасайся своими грязными ручищами.

– Какая неженка, – скалится Ден, медленно склоняясь ко мне. – А ещё недавно стонала, как та же девка, в моих руках.

Рука сама дёргается и прилетает Дену по щеке. Звук пощёчины заглушает орущая музыка клуба, но вот дикий взгляд Стальнова заглушить не может.

– А вот это ты зря, – голос Дена наполняется сталью, а его губы обрушиваются на мои жадным жалящим поцелуем.

Глава 1

***

– Забирай меня скорей, увози за сто морей, и целуй меня везде, восемнадцать мне уже! – орёт Лика, вбегая в мою комнату, и запрыгивает на кровать.

– Замолчи! – сонно кричу я, бросая в сестру подушкой, но она только ещё громче начинает, да ещё и прыгает на мне. – Мама! – зову на помощь.

Но вместо мамы в комнату влетает маленькое шило по имени Любовь с кучей шариков и добавляет к крикам Лики:

– С днём важдения! С днём важдения! Уваааа!

– Вы не сёстры, – вылезаю из-под одеяла и смотрю на этих двух ранних пташек. – Вы садистки!

– С днём рождения нас, сестрёнка! – Лика наваливается сверху и сжимает меня в объятиях, затягивая на кровать хохочущую Любу.

Да, у меня две сестры. Одна моя прямо очень близкая, потому что именно с ней я делила мамин живот целых восемь месяцев. На больше мамули не хватило. А вторая – самая любимая, потому что Любовь, и потому что младшенькая принцесса.

– Кто меня звал? – в комнату входит мамуля. – О боже, это же мои дети! Да быть этого не может, что они так выросли. Люба, а ну, быстро сказала своим сёстрам, чтобы остановились. Мама не готова к такому.

– Мама не готова! – Люба становится на кровати, покачиваясь и всё так же не отпуская надувные шарики.

И это так смешно, но одновременно и немного грустно. Если Лика только и мчится вперёд покорять вершины, творить дичь и строит планы, как мы будем учиться в универе, то я хочу, чтобы всё прошло спокойно и мирно.

Мама забирается к нам и, схватив за руки, дёргает на себя обнимая.

– Мои крошки, – чмокает нас в макушки.

– Ну мам! – стонет Лика.

– Не нуди, это и мой день тоже, – мама строго смотрит на Лику, но на губах улыбка. – Обожаю вас.

– И меня! – Люба обнимает маму сзади за шею и довольно смотрит на нас через плечо.

И пускай отцы у нас разные, но мы все пошли в мамулю. Все рыженькие. Настолько, что у нашей рыжины были все периоды взросления. От момента, когда нас дразнили в саду и в начальной школе, и до момента, когда за нами начали бегать мальчишки в старших классах.

В какой-то момент я поняла, что не хочу быть рыжей. И месяц назад пошла в салон и перекрасилась. Мама была в шоке, а Лика – в восторге.

Только дядя Дан посмотрел понимающе, но ничего не сказал.

Дядя Дан – наш отчим. Самый лучший мужчина, которого могла встретить наша мама. Ну не считая дедули, конечно.