- Она же влюблена в твоего брата! Неужто не заметил?

Подумаешь, проблема.

- И? Ей восемнадцать, Кайдэ! Это нежный возраст. Сегодня любит, завтра нет. Себя в ее годы вспомни!

- Пусть так. Но она не выйдет за тебя.

- Попытка не пытка.

Рой не строил для себя иллюзий. Знал, что, преклонив колено, в ответ на свой вопрос он может услышать хлесткое и равнодушное «нет», поэтому надеялся не столько на Илис, сколько на благоразумие ее родителей. Уж кто, а Анэй и Амаль должны понимать, что лучшей партии для Лис, чем он, не сыскать ни во мраке, ни на стороне света.

- Чудак ты, Рой’не, - руки Кайрана окутала тьма. Указательным пальцем демон коснулся его щеки и повторил очертания шрама. - Она тебе даже не нравится.

- Почему же не нравится. Илис умна и красива. В ней есть изюминка.

- О чем и говорю. Чудак, - фыркнул Кай и занялся второй щекой. - Мелкие шрамы убирать?

Еще чего. Мужчина он, в конце концов, или девица?

- Только эти два.

- Тогда… Готово. Да ты красавчик, Даэр’аэ…

- Не без этого, - признал Рой, глядя в зеркало. Он и забыл, как его лицо выглядит без них. - Спасибо. Выручил.

На него смотрел высокий молодой мужчина в самом расцвете сил. Его китель, белоснежный, как бескрайные просторы Сильвенара в ясный зимний день, был искусно расшит серебряной нитью, переливающейся при каждом движении. Хрустальные пуговицы сверкали, рассыпая по комнате крошечные радуги, а длинные платиновые волосы, которые Рой не стал по привычке убирать в хвост, свободно ниспадали на плечи… Если их укоротить, его с легкостью можно будет спутать с Нейд’не. Те же черты лица, те же черные брови, которые достались каждому из четырех отпрысков великого ледяного дракона. Те же льдистые голубые глаза. А Ней, ожидавший его у портала в саду, так и вовсе их поразительное сходство невольно подчеркнул, вырядившись в белое…

Заприметив Рой’не, брат поперхнулся воздухом:

- Что у тебя с лицом?

- А ты не видишь?

- Для нашей лисицы расстарался? - усмехнулся Нейд’не. - Открою тебе маленький секрет, родной. Чтобы девушку очаровать, с ней нужно разговаривать.

- То-то она втрескалась в тебя, - буркнул Рой и толкнул брата в портал. - У тебя же рот не закрывается ни на секунду!

Мрак их встретил суетой. Подготовка к торжеству шла полным ходом. Вдоль главной аллеи, ведущей ко дворцу, слуги зажигали сотни свечей в стеклянных колпаках, защищающих пламя от ветра. Маги земли колдовали, создавая живые беседки из лиан, а те, чья стихия - вода, настраивали фонтаны, рисуя в воздухе картины, которые рассыпались брызгами, не долетая до чаш.

На столах, накрытых в саду, возвышались серебряные ведерки со льдом, из которых торчали горлышки бутылок с игристым вином. Воздух был пропитан напряжением и сладким запахом цветов. Благоуханием роз и жасмина, терпким флером свежескошенной травы и едва уловимым дымком благовоний, которые демоны жгли по поводу и без.

С тех пор, как мрак и свет зарыли, наконец-таки, топор войны, переход на сторону тьмы перестал быть проблемой. Десятки порталов, вспыхивающих то тут, то там - лучшее тому подтверждение. Раньше открыть портал во мрак могли только стражи - крылатые сущности, носители искры. А сейчас… Попасть на земли, где жили демоны, было не труднее, чем перенестись в соседний городок, ведь материя, разделяющая свет и тьму, истончилась.

Две половинки мира, считай, слились воедино. Благодаря чему гости со стороны света текли во мрак непрерывным потоком.

Виновники торжества стояли на вершине огромной мраморной лестницы и сияли, если уж быть честным, каждый как медный таз. И это после двадцати лет брака!

Анэй и Амаль. Сталь и шелк. Только сталью в их союзе была она. Хрупкая, изящная девушка с хорошеньким личиком и задорной улыбкой. Любой, кто ее не знал, мог бы принять ее за нежный цветок. Мягкий, податливый. Как бы не так… Мать Илис и мраком правила: карала, миловала. И веревки вила из мужа.

Именно от нее Лис унаследовала бойкий резковатый характер и прелестную мордашку, в то время как Анэй наградил дочь высоким ростом, карими глазами, в которых плясали искры чистого пламени, и ярким медным цветом волос.

Сначала из-за массивной фигуры бога огня, облаченного в парадные золотые доспехи, показалась лишь тонкая девичья ручка, нервно поправляющая платье, а затем она вышла полностью, и у него перехватило дух. Да что там у него… Ней и тот закашлялся в кулак.

Девчонка-сорванец, которая что платьев, что юбок отродясь-то не носила, исчезла. И если бы не волосы да рост, Рой не узнал бы в этом создании Лис. В создании такой ослепительной красоты, что его шансы на взаимность таяли, как брусок масла, забытый на солнце в жаркий летний день.