Едва мы оказываемся в спальне, я сгребаю его в охапку и глубоко целую. Сплетая наши языки, я наслаждаюсь его вкусом и вкусом газировки, которую он потягивал весь вечер. Поцелуй затягивается дольше, чем я планировал, но в конце концов приходится отстраниться, чтобы вдохнуть.

— Я люблю тебя, — говорю я ему. Эти слова сегодня звучали часто, но мне нужно, чтобы он услышал их снова. — И я не хочу, чтобы хоть одно твое письмо снова было похоже на прощальное. Никогда больше.

Его лицо омрачается, в глазах мелькает грусть.

— Я бы это сделал, — шепчет он. — Попрощался бы. Чтобы уберечь тебя.

Его голос кажется мне чудом. Я никогда не привыкну к этому нежному, чуть хрипловатому тембру. Но сами слова заставляют меня ощетиниться.

— Никогда, — повторяю я тверже. Я понимаю его мотивы, правда, но знаю и другое: если он когда-нибудь решит защитить меня таким образом, я прыгну прямо в пасть любой опасности, вырву его из лап реальности и верну к себе.

Он улыбается, словно прочитав мои мысли, наклоняется и снова целует меня. Он задирает футболку, которую я натянул перед едой; я поднимаю руки, позволяя ему её снять. Затем я расстегиваю его рубашку, и он избавляется от шорт.

Вскоре мы, нагие, сплетаемся на кровати. Я прижимаю его к матрасу.

— Можно мне войти в тебя? — тяжело дыша между поцелуями, спрашиваю я. Он с энтузиазмом кивает. Мне не требуется много времени, чтобы найти лубрикант и растянуть его пальцами. Я едва не схожу с ума от нетерпения, стараясь делать всё медленно, но вознагражден, когда мой член легко скользит в его тело. Я впитываю его тихие стоны, снова и снова толкаясь в него, заявляя на него права и отдавая себя без остатка.

Сверху доносится женский стон, а за ним звуки ударов плоти о плоть. Мы с Майло переглядываемся, понимая, что наверху нашу девочку сейчас вовсю охаживают. Это подстегивает меня. Я двигаю бедрами жестче и быстрее, пока Майло не вскрикивает от удовольствия, которое мой «лестничный» пирсинг доставляет его простате.

Я касаюсь его, сжимаю, лижу и сосу каждый сантиметр кожи, до которого могу дотянуться. Я трахаю Майло до полного забвения. Я нависаю над ним, опираясь на локоть, чтобы не раздавить весом; наши тела прижаты так плотно, что его член стимулируется между нашими животами. Предэякулята достаточно, чтобы трение приносило ему лишь удовольствие.

Он кончает сам, без помощи рук, и я следую за ним мгновение спустя, заполняя его семенем, пока его собственное пачкает наши тела.

Мне хочется, чтобы этот след остался на мне навсегда. Как знак всему чертову миру, каждому из существующих миров: он мой. И никто этого не изменит.

Глава 49. Тацита

Я и не думала, что две недели могут тянуться так медленно. Хотя, с какой стороны посмотреть. Мы безвылазно сидели в моей квартире — решили, что пока Уайатт и Майло не станут полноценными демонами, им безопаснее оставаться под защитой моих охранных чар.

Не то чтобы я всё еще считала это жилье только своим. В гардеробной висит их новая одежда, в ванной стоят их принадлежности, и мы даже заказали несколько уютных вещиц для дома с моего банковского счета — я сама их на это подбила.

Гаррик тоже оставляет у нас всё больше вещей. Вообще-то у него есть жилье в Тартаре, где он раньше и обитал, но теперь он почти каждую ночь делит постель с нами.

Нет, это определенно теперь наша квартира. И я не хотела бы ничего менять.

Парни уже познакомились с моими родителями — те заходили на ужин. Дважды. Мой звонок на следующий день после того, как Аид раскрыл результаты расследования, явно стал для них сюрпризом. Но я знала, что родители полюбят каждого из моих мужчин и совершенно спокойно отнесутся к нашему союзу. Они счастливы, что я наконец нашла тех, с кем хочу провести вечность.

Майло, как я и ожидала, стеснялся больше всех. Хотя Гаррик в этом плане вполне мог составить ему конкуренцию. Уайатт же, разумеется, сразу взял быка за рога и первые несколько часов вещал без умолку, едва давая мне вставить слово.

Во второй после их визита, пару вечеров назад, атмосфера стала куда непринужденнее, и мама окончательно взяла Майло под крыло. Он их полюбит, как только поверит, что они не исчезнут. Я это знаю.

Сегодня наконец настал день церемонии, когда мои люди навсегда обретут демоническую форму.

Хаос еще несколько часов назад «похитил» моих мужчин, заставив меня добираться в одиночку. Стоило мне приземлиться на берегу Стикса, как меня встретил главный распорядитель торжества. Гаррику тоже пришлось уйти пораньше: его отряд помогал Харону готовить берег к церемонии и обеспечивать безопасность.

— Несущая Смерть, я так и думал, что ты не пропустишь такое. Особенно после того, как в прошлом десятилетии мы остались без праздника. — Харон, как обычно, облачен в черную шерстяную мантию, лицо его скрыто, как и мое. Маски он не носит, но капюшон настолько глубокий, что черты лица тонут в непроглядной тени. Клянусь, он использует магию Стикса, чтобы вокруг его ног и лица всегда клубился мрак.